Я слышал, как от бессилия скрипели зубы Кости, стирая эмаль. Каких трудов мне стоило не подправить своим кулаком его физиономию! Но, разговаривая с ним, я старался не думать о фотографии, на которой Рита отчаянно защищалась, а он ее избивал. Иначе здесь был бы уже труп.
Прежде чем отправиться в аэропорт, я заехал еще в одно место. Это не заняло много времени. Девушка-продавец поняла меня быстро. В ее глазах я заметил зависть. Она завидовала моей девочке. А я хотел, чтобы ей завидовал весь мир.
— Взлетаем через пять минут, — Кропотов заглянул в дверь.
— Хорошо, — кивнул я, защелкивая на талии ремень.
Я улетал из Вены со спокойным сердцем. Теперь у моей девочки все будет хорошо. Пальцы потянулись к телефону и набрали на экране несколько слов. Я не торопился их отправить, тщательно взвешивая все «за» и «против». Сообщение ушло в черновик, а телефон вернулся на стол. Сегодня я решил ничего не менять.
Москва сегодня была не в духе. Хмурилась и грозилась пролиться слезами. Но мое настроение ничего не могло испортить. Едва самолет приземлился, я получил от моей девочки сообщение: «И я хочу сходить с тобой с ума». Значит, она получила мой подарок. И осталась довольна. Что еще может сделать меня счастливым? Ничего!
Я уже собирался на встречу с Максом, когда мне на ум пришла одна идея. Короткое сообщение улетело в Вену. Мне нужно было, чтобы моя девочка сейчас была дома. В Австрии было около восьми вечера. Ответ пришел не сразу, заставив меня понервничать. Впрочем, что могло случиться? Костя больше не представлял угрозы. Риту могли отвлечь дела. И я ревновал ее даже к ним.
Наконец, телефон издал резкую трель. Она была дома. Скучала. Я улыбнулся. Застегнув последние пуговицы на рубашке и заправив ее в джинсы, сел за ноутбук. Отыскать мою девочку на бескрайних просторах виртуальной реальности оказалось несложно. MargoVoron. Ник попахивал мистикой и чем-то темным. Таинственное всегда возбуждает. Я тоже не остался равнодушным, отправляя ей запрос на добавление в контакты. Приняла не сразу. Что же отвлекло ее? Или кто?
Рита позвонила первой. Какая нетерпеливая. Не стал мучить ее, принимая звонок. Она сидела на диване в гостиной. В легком белом сарафане. С волосами, собранными в высокий пучок. А глаза… В них было столько солнца, что я ощутил его тепло даже здесь, находясь в дождливой Москве.
— Привет! — улыбнулся я.
— Привет! — вспыхнула она самой очаровательной улыбкой.
— Как ты?
Она на мгновение задумалась, словно подбирая нужные слова. Я ждал.
— Знаешь, сегодня очень странный день, — произнесла, наконец, Рита.
— Что в нем странного? — кажется, ответ мне был уже известен.
— Утро. Непростое утро.
Я спрятал улыбку.
— Цветы от тебя, — продолжила она. — Как ты узнал, что я люблю розовые пионы?
— Я помнил это. Это все, что сегодня с тобой произошло?
Я ждал других слов. И дождался.
— Нет. Случилось еще кое-что, — Рита бросила взгляд в сторону. — Костя прислал сообщение, что увольняется из ресторана и я ему больше неинтересна.
— Ты расстроилась?
— Нет, конечно, нет. Просто вчера он прислал цветы, хотел поговорить, а сегодня…
— Он присылал тебе цветы? — напрягся я, с трудом контролируя вспыхнувшую злость.
— Да. Я попросила их выбросить, — призналась моя девочка.
— Видимо, просто он все хорошенько обдумал, поэтому решил заняться чем-то другим, — успокоился я.
— Я надеюсь. А как прошел твой день?
— Безумно, — я не смог скрыть улыбки. — Когда ты рядом, моя жизнь превращается в… Я даже не знаю, как теперь описать свою жизнь. Я сам не знаю, что сделаю в тот или иной момент. Как будто мне шестнадцать. А мне, на минуточку, сорок пять.
— Мне это нравится, — моя девочка прикусила нижнюю губу. Захотелось погладить ее большим пальцем, а потом ощутить на нем влажный шаловливый язычок.
— А что тебе еще нравится, малыш? — я откинулся на спинку кресла, чувствуя, как напрягся мой член.
— Мне все в тебе нравится, — смутилась она. — Особенно, когда ты так меня называешь.
— А мне нравится смотреть на тебя, когда ты стонешь и кончаешь. Сделаешь это для меня?
— Игорь, — возмутилась моя девочка, покраснев.
— Никто не увидит. Только я.
— Игорь, я не могу.
— Ты никогда не ласкала сама себя? — почему-то я сомневался в этом. Она смутилась еще больше и опустила глаза. — Когда ты делала это в последний раз, малыш?
— Игорь, — зашипела Рита, и ее глаза гневно вспыхнули, лишь еще больше распаляя мой аппетит.
— Просто скажи. В этом нет ничего плохого. Когда?