Следом за звонком Рита прислала сообщение. Я тоже по ней скучал. Но еще больше хотел защитить. Даже от самого себя, если потребуется.
Пальцы потянулись к телефону, чтоб ответить. Меня остановил голос Оксаны. Лерников и Сазонов ждали в приемной. Что ж, придется отложить личную жизнь.
— Мы тут изучаем проект по приобретению и модернизации «ВладРыбПром», — сообщил я вновь прибывшим, пока они усаживались вокруг стола для совещаний. — Вы его видели?
— Да, просматривал сегодня, — кивнул Лерников. — И у меня есть несколько вопросов.
— А я не успел, — Сазонов поправил темно-синий галстук в мелкий рисунок. — Я только что вернулся из Екатеринбурга.
— Там все в порядке? — спросил я, ожидая только положительного ответа.
— Да. Я потом предоставлю отчет.
— Хорошо. Итак, наша компания хочет приобрести завод по изготовлению рыбных консервов. Он на грани закрытия и, соответственно, требует немалых вложений.
— Полная замена оборудования обойдется в шестьдесят, — вставил Омелин.
— Там все настолько в плачевном состоянии? — повернулся к нему Лерников.
— Последний раз там оборудование обновлялось почти двадцать лет назад. Что-то еще можно продать, но в основном — на металлолом.
— Их продукция настолько не востребована? — вступил в разговор Сазонов.
— Скорее там нечему быть востребованным. Штат раздут. Помещения используются нерационально. И качество продукции оставляет желать лучшего.
— Шестьдесят миллионов — это минимальная модернизация? — поинтересовался я, делая пометки в ежедневнике.
— Это на полную производственную мощность, ту мощность, на которую рассчитан завод в своем нынешнем состоянии, — пояснил директор по развитию.
— И какова полная мощность?
— Две тысяч тонн консервов в год.
— А ассортимент продукции?
— Восемь видов.
— Не густо, — Сазонов откинулся на спинку кресла.
Экран моего телефона вспыхнул. Рита волновалась. А я по-прежнему не мог ответить, даже на расстоянии чувствуя страх моей девочки.
Спустя два часа обсуждений и предположений, мы решили сделать перерыв.
Я отошел к окну и набрал Риту. Отклонила. Обиделась? Нет, малыш, не надо. В телефоне снова послышались гудки. Они пытались достучаться до моей девочки. Но снова получили отказ. Мне это не понравилось.
Оксана сообщила о приходе Скворцова. Что ж, посмотрим, какие у него новости.
— Пока удалось только узнать, кому принадлежит номер, — немного нервно произнес он.
— И? — к чему тянуть время?
— Номер был зарегистрирован на Потапова Семена Борисовича. Семьдесят восемь лет. Прописан в Твери.
— Что значит «был зарегистрирован»? — имя мне ни о чем не говорило.
— Номер отключен. И пока его никто не купил.
Рита решила почтить меня своим вниманием. Я не был готов сейчас разговаривать с ней. Мне нужно было подумать и успокоиться.
— Это имя мне ни о чем не говорит, — признался я.
— Скорее всего, подставное лицо. Отследить его не представилось возможным.
— И все же пробей этого… Как его?
— Потапова?
— Да. А с Артемовым что?
Скворцова прервал Вивальди. Не сейчас, малыш.
— С Артемовым работают. Он в Москве. Это я точно могу сказать.
— Хорошо, держи меня в курсе, — я кивнул, давая понять, что разговор окончен.
— Оксана, пригласи Лерникова, Сазонова и Омелина. И вызови еще Лаврову.
— Хорошо, Игорь Владимирович.
— И сделай мне кофе.
— Хорошо.
Не успел я убрать палец с кнопки громкой связи, как кабинет наполнился Вивальди. Моя настойчивая девочка.
— Привет! Почему ты сбрасываешь мои звонки? — мне не просто было сдержать собственное раздражение. Но Рита ни в чем не была виновата. Дело было в Максе. Мог бы и догадаться! — У тебя голос дрожит. Что-то случилось?
Она волновалась, что не могла до меня дозвониться. Напряжение мгновенно ушло из моего тела. В дверь проскользнула Оксана с чашкой кофе. Пришлось включить сухой тон. Я сам себя возненавидел за это, почувствовав, как изменилось настроение моей девочки.
Рита попрощалась со мной быстро. Мне не хватило нашего разговора. Не это я хотел ей сказать. Но, ничего, у нас еще будет время. Она попросила меня позвонить вечером. Я не был уверен, что закончу работу рано. Скопилось слишком много дел, требующих моего внимания. Еще эта фотография с таинственного номера!
Моя девочка обещала ждать. И я знал, что она сдержит слово, даже если ей до самого утра не придется сомкнуть глаз. Пока участники совещания рассаживались за столом, я отправил ей сообщение: «Малыш, не жди моего звонка сегодня. Ложись спать. Я закончу поздно. Целую». Ее ответ заставил меня улыбнуться и напрочь забыть о присутствующих. Впрочем, не надолго. Я уже собирался продолжить обсуждение проекта, как вдруг решил сделать звонок.