-У тебя очень слабая магия. Ты даже не чувствуешь, когда тебе в голову кто-то лезет.
Его слова должны были стать для меня обидными, но я кивнула и повторила за ним жест, запрокинутой головы.
-Не смей больше читать мои мысли, - говорю я, глядя в потолок.
Эйден хмыкает.
-Иначе что? - он выпрямляется. - Натравишь на меня своего парня?
-Ты и правда глупый.
-Но ты ведь меня любишь, - он наклоняется. - Признай это.
Я ошарашена его вопросом или скорее утверждением.
Мокрые от пота ладони обтираю о колени, надеясь, что он не заметит, как сильно я разволновалсь.
-Ты точно глупый! Как можно в это верить? - с усмешкой произношу и отвожу взгляд.
-Ты отрицаешь?
Оборачиваюсь вновь и сталкиваюсь с Эйденом взглядом. Улыбка с лица моментально сползает, а сердцебиение учащается. Поднимаюсь на на ноги, намереваясь уйти.
«Нам нельзя быть рядом, я избегаю его и ненавижу. Ведь так?»
-Я не хочу обсуждать твои фантазии.
Парень хватает меня за руку и тянет к себе.
-Фантазии значит? - рычит он, но вопрос кажется риторическим.
Эйден прижимаешь меня к стене так, что я не сразу это осознаю. Пути бегства обрублены. Я не слышу больше ничего вокруг, кроме стука своего сердца и его глубокого дыхания. По моему плечу стекает капля холодной воды и по телу бегут мурашки. Парень кладёт левую руку на талию, прижимая к себе, и я млею под ним.
То, что я испытываю сейчас, несравнимо с тем, что я чувствовала, когда моего тела касался Дин или Ник. Тонкая ткань майки создаёт ощущение своего отсутствия. Горячая ладонь парня крепко держит меня, и я чувствую, как его тело напрягается. Он наклоняется ближе к моим губам, сохраняя между ними дистанцию в миллиметр, но я уже ощущаю тепло его пухлых влажных губ. Дыхание становится громче и прерывистей. Врезавшись кулаком в стену, Харрис переносит вес на правую руку, от чего пространство между нами сокращается ещё больше, и я пищу, когда его зелёные глаза опускаются ниже. Он едва прикасается к моей нижней губе и замирает.
-Что ты со мной делаешь? - шепчет он.
Кладу левую руку на его плечо. Кожа парня горячая и влажная, от все ещё стекающей по ней воды. Эйден закрывает глаза, прижимаясь к моей руке, и вновь наши губы соприкасаются. Он целует нижнюю губу, и я буквально больше не могу стоять на ногах. Всё сильней он прижимает меня к себе, не позволяя рухнуться вниз, и я полностью обхватываю его шею руками.
Эйден не продолжает поцелуй. Втянув один раз нижнюю губу, он отрывается и смотрит прямо в глаза. Он снова вжимает меня в стену, и я без малейших колебаний прижимаюсь к ней, будто лишь она сейчас моя единственная опора. Его грубая рука касается моей воспламенившейся щеки, буквально слышно, как он старается держать себя в руках, успокаивая дыхание. Ему это даётся не легко, но все же Харрис опускает голову, и словно вместе со слюной проглатывает возбуждение. А после возвращает на меня уже прежний бесчувственный взгляд.
-Все ещё уверена, что это лишь плод моего воображения?
Поджимаю губы, отворачиваясь. Но Эйден хватает меня за шею, слабо сжимая её, и возвращает лицо в прежнее положение, заставляя смотреть в свои безупречные глаза. А может и не заставляя.
Кончиками пальцев он спускается ниже по шее, без стеснения оглядывая мою грудь.
Отталкиваю его, но мой удар ощущается, как лёгкое прикосновение. Парень ухмыляется, вытирая нижнюю губу большим пальцем, и освобождает мне проход. Подтягиваю, сползающую с левого плеча, тонкую бретельку и обхожу его.
-Ты мне противен.
Эйден все так же стоит у стены, пока я ухожу обратно по коридору в сторону с которой пришла. Мне уже не было страшно встретить Дина в одиноком общежитии. Я лишь хотела поскорее убраться от сюда.
***
На свою удачу на пути в комнату никого не встречаю, и зайдя в спальню, зарываюсь под тёплое одеяло, смотря в окно.
«Как я могу вычеркнуть Эйдена из головы, когда он так глубоко запустил туда свои корни. Отвратительный грязный таракан! Но как мне его забыть?»
-Подруга! - в комнату влетает Виолетта. - Ты как!? Такое учудила! Вся школа на ушах! - тараторит она.
-Ты, о чем?
Виола садится на край моей постели.
-В смысле, о чем? О вашей схватки с Лайлой! Это было нечто!
Тру лоб, пытаясь собрать, картину целиком. Змеи, больная спина, лежащая на полу серовласка, я что-то упустила. В голове полнейшая пустота.
-Мисс Джонс, - в кабинете входит директор.
Сегодня он оделся во все коричневое. Видеть его таким стало не привычно.
Виола встаёт с места и, поздоровавшись с директором, вылетает из комнаты.
-Да? - сажусь на кровать.
-Боюсь у меня для вас новости. Печальные они или нет решать, конечно, вам. Но сообщить я должен.
Опускаю ноги на холодный пол, сосредоточив всё внимание, лишь на словах директора. Мистер Грейт усаживается на кровать напротив, и подбирает правильные слова.
-То, что случилось сегодня во время урока... - начинает он. - Вам уже сообщили, что это значит?
Я мотаю головой.
-Я не совсем помню, что сегодня произошло... Всё было, как в тумане.
Директор складывает руки перед собой, и оглядывает меня, словно убеждаясь, говорю ли я правду.
-Вы повелевали водой, - говорит он и мои глаза расширяются. - За всю эпоху нашего существования, лишь одна из четырёх семей была способна на подобную магию. Теперь я с абсолютной уверенностью могу заявить, кто вы и почему оказались здесь.
Я не могу поверить, что это день настал и сейчас я узнаю всю правду о себе. О том, кто моя семья и почему они оставили меня? Как я оказалась в измерении, где магия — это пустой звук? И я наконец-то отвечу на главный вопрос, что тревожил меня все эти месяцы. С кем я прожила восемнадцать лет?
В комнату заходят взвинченные Виолетта, Демьян и Кими. Они садятся по разные от меня стороны. Мистер Грейт внимательно смотрит на них, потом переводит такой же серьёзный взгляд на меня.
-Говорите при них, - я беру друзей за руки. - Я им полностью доверяю.
Директор глубоко вдыхает и кивает.
-Хорошо. Ваши родители: Дакота и Вильям Ратрич. Это объясняет ваш дар полета, такой же, как у вашей матери, и способность контролировать воду, как у отца. Вы дочь своих родителей, именно поэтому вы здесь.
Я опускаю голову вниз, анализируя сказанное. Виола кладёт руку на мою спину и медленно ведёт по ней ладонью.
-Что с ними? - возвращаю взгляд на директора. - Почему они оставили меня?