Замерев, я прижала к груди связанные руки. Он был, как всегда, порочен и вероломен. Он хотел поиметь меня и получить магию Аеска. Но он был великолепен, и от движений его сосущего рта по моей коже побежали мурашки.
Между тем Джерт целовал мою щиколотку, поднимаясь все выше. Вот его твёрдые губы уже на внутренней стороне моего колена. Еще выше…
Ему просто невозможно сопротивляться! Я превратилась в один страстный сгусток вожделения, эпицентр которого находится у меня между ног. Низ живота напряжен донельзя, а в самом лоне, изливаясь влажными соками, пульсирует зудящее желание.
Я сама раздвигаю ноги как можно шире и делаю бедрами движение навстречу Джерту, лишь бы он скорее прикоснулся своими восхитительными губами и языком к моему лону… Кусаю губы, извиваюсь от нетерпения…
Но этот подлец не торопится. Положив руки мне на бедра и удобно между них устроившись, жрец покрывает легкими щекочущими поцелуями внутреннюю поверхность бедер, не касаясь самого заветного, которое изнемогает от желания ощутить его.
— Так что ты там болтала пару минут назад? — невинным тоном поинтересовался Джерт и склонился к моему естеству, но губами не прикоснулся, лишь легонько дунул, отчего я ахнула и выгнулась. — Что не хочешь меня?
Не нахожу в себе сил что-либо ему ответить.
— Потрясающе красиво и влажно, — Джерт бесстыдно разглядывает мое междуножье. — Напоминает раскрывшийся чудесный бутон с капельками росы на лепестках. Мне кажется, — жрец задумчиво перебирает тоненькую полоску волос на моем холмике Хеб. — Мне кажется, что на вкус ты сладкая. Впрочем, я вряд ли узнаю — ты же меня не хочешь… Ведь не хочешь, да, Маргери?
Это какая-то изощренная пытка! Жрец едва-едва касается кончиком языка моего лона и тут же убирает его, вопросительно посмотрев на меня.
— Хочу! — издаю я протяжный стон.
Сил сопротивляться у меня уже нет…
— Ты уверена, Маргери? — с преувеличенным вниманием вопрошает жрец.
— Да, да… Да! — я извиваюсь, точно змея.
Низ моего живота, кажется, сейчас взорвётся.
— Тогда скажи это! — приказывает Джерт. — Я хочу услышать, как сильно ты меня хочешь!
— Я хочу тебя, жрец, — послушно шепчу, наливаясь пунцовым цветом и с трудом переводя дыхание. — Хочу, чтобы ты ласкал мое лоно языком, а затем вошел в меня!
— Ну что ж, если ты настаиваешь, — ухмыляется мужчина, а затем впивается у меня между ног, отчего из уст моих вырывается стон.
Его язык щекочет, гладит, ласкает, теребит, раздвигает складочки моего истекающего диким желанием лона. Я настолько мокрая, что влага течёт по моей промежности вниз, но Джерт слизывает ее всю, до капли. Его язык входит в мою щелочку, гладит ее стеночки изнутри, чтобы затем выйти и раздвинуть мои губки, чуть-чуть пососать каждую, и снова вернуться внутрь меня.
Подняв связанные черной бархатной лентой руки, я, закрыв глаза, извиваюсь на полу и, не выдерживая, делаю толкательные движения ему навстречу. Джерт подхватывает ритм, и я трахаю его язык, медленно истекая горячим соком.
Я не знаю, сколько длится это высшее наслаждение, кажется, вечность, но затем наступает его пик, и я разлетаюсь на тысячу осколков по всей вселенной. Я нигде и в то же время я везде, я парю… Через пару бесконечно долгих мгновений, осколки собираются воедино, я кончаю прямо Джерту в рот и обессиленная, со стоном выдыхаю.
Джерт любуется моим лицом, в золотистых глазах как будто отражаются грани ощущений, которые испытала я. Он возвышается надо мной, мощный, мускулистый, а затем резко входит в мое еще не отошедшее от оргазма лоно.
Я обхватываю его, царапаю его спину ногтями, чувствуя, как он движется во мне, доставая до самой матки, и сама рвусь ему навстречу, сжимая его бедра кольцом своих ног.
Это дикая, необузданная страсть, не поддаться которой просто невозможно… Мужчина забирается языком в мою ушную раковину и ласкает ее так, как до этого ласкал меня между ног. Необычные ощущения заводят ещё сильнее, и я чувствую мощные волны блаженства, быстро переходящие в настоящий шквал.
Джерт рычит, как дикий зверь, прикусывает мочку моего уха и обильно изливает в меня свое семя. И от ощущения его обжигающе-горячей спермы внутри кончаю. Правда, на этот раз меня, кажется, разбрасывает не только по нашей вселенной, но и по миллиону других.
Я вспыхиваю серебристым сиянием, почувствовав такой прилив силы, что, кажется, готова разорваться — настолько ее внутри меня становится много. Блаженно улыбаясь, открываю глаза и натыкаюсь на острый, нехороший взгляд Джерта: