Джерт изо всех сил хлестнул меня ремнём по бедру, а я закричала от острой боли, пронзившей меня. Он занёс ремень для следующего удара, но опустил руку, потому что я обхватила его член губами.
Да, я сделала, как он велел, я отсосала ему, и затем он трахал меня всю ночь напролёт, не давая ни секунды передышки. Под утро Джерт уснул, и лежа рядом с ним, я всерьез задумывалась пойти на кухню, взять нож и вонзить жрецу прямо в сердце. Но этот подлец все хорошо продумал. Пусть у него не осталось магии, но были очень ценные вещи с магическими свойствами. Я не могла причинить жрецу вред, так как на его мизинце сверкало кольцо-оберег. Но даже если бы оберега не было, не знаю, смогла ли я решиться на убийство.
Наконец, заснула и я. Правда, никаких эротических снов не словила, видимо, хватило прошедшей ночи…
Глава 13. Адепты Нериуса
Проснулась уже под вечер от ощущения того, что не могу пошевелиться, конечности затекли, одеревенели. Раскрыв глаза, я с ужасом увидела, что мое обнаженное тело перевито черными бархатными лентами, крепко-накрепко приковавшими меня к кровати. Упаси богиня, неужели Джерт задумал какую-то новую эротическую игру?
Но мои догадки не подтвердились, так как полностью одетый жрец сидел на краю постели и разглядывал меня с ленивым интересом. Я хотела что-то сказать, но рот мой оказался связан все той же бархатной лентой.
— Доброе утро, золотко, — Джерт поймал мой испуганный взгляд, и рука его собственнически легла на мое бедро. — Всего лишь меры предосторожности. Видишь ли, какое дело, цветочек, в одной глухой деревеньке в окрестностях Лигейи нашелся старец-маг, который хорошо знает эромагию и утверждает, что скажет мне способ, как вернуть мою силу и забрать чужую. Вот только беда, он слишком дряхл, потому мне придется самому к нему ехать. Я вернусь только завтра утром, но ты же будешь ждать меня, не так ли?
Джерт провел рукой по бархатной ленте, сковывающей мои бедра крепче цепей, и осторожно приподнял ее. Его рука скользнула на мой лонный бугорок и принялась перебирать тонкую полосочку волос.
— Мне нравится тебя трахать, — шепчет Джерт, склоняясь ко мне близко-близко. — По правде говоря, мне никого еще не нравилось так трахать, как тебя, Маргери Танис. Ты волшебная любовница. Чуткая, страстная, нежная, резкая и покорная, изощренная… Но если старец скажет, что мне нужно будет вырезать из твоей груди сердце и съесть его, не сомневайся, цветочек, я так и сделаю…
Жрец давно ушел, но его жестокие, страшные в своей откровенности слова все еще звучат у меня в ушах, так же, как стоит в ноздрях дерзкий будоражащий запах Джерта, которым, казалось, пропиталась вся моя кожа.
Пытаюсь пошевелиться и не могу, черный бархат, пропитанный магией, крепко держит в своем плену. Ощущаю себя испуганной и совершенно беспомощной, а впереди долгие часы ожиданья и неизвестность, страшащая больше всего: вдруг старец действительно посоветует Джерту вырезать мое сердце?
Но внезапно дверь в покои Джерта открывается и я вижу… арриксакского верховного жреца! Это настолько неожиданно, что едва не подскакиваю на своей постели. Ведь арриксакские гости уехали, так откуда тут взяться их жрецу?
И, тем не менее, это он, огромный, почти обнаженный, весь расписанный причудливыми татуировками. Арриксаксец подходит к постели, на которой я прикована, и смотрит долгим взглядом. Не считая полосок на моем теле, я обнажена, и мне вовсе не нравится выражение, с которым мужчина смотрит на мое тело.
Затем гигант протягивает руку и касается моих грудей, а я свирепо рычу и извиваюсь всем телом, хоть и понимаю, что это бесполезно и скорее его распалит. Сейчас меня изнасилуют снова!
Арриксаксец шарит по мне руками, а я с отчаянием понимаю, что не выдержу, если он пойдет дальше… Если достанет свой огромный член…
Но вместо того, чтобы продолжить, жрец вдруг убирает пальцы, и бархатные полоски спадают — я освобождена!
Не зная, чего ожидать от мужчины, закутываюсь в простыню и отползаю, с опаской на него глядя.
— Не бойся, — внезапно говорит жрец и протягивает татуированную руку, с которой на меня смотрят барс, сова и лама. — Ты свободна…
Кажется, все это умело поставленный и сыгранный спектакль! Возможно, Джерт проверяет меня на покорность? Или у меня уже просто мания? Но с чего бы жрецу помогать мне, мы с ним и парой слов не перекинулись!