- Она тебе все рассказала? – забывает о ласках и смотрит на меня круглыми глазами.
- Да, - киваю головой, окончательно поправив галстук.
Смотрю на нее с интересом. Меня не задела данная ситуация. Просто интересно наблюдать за женщиной, скрывающей свой возраст. Вот и у Лариски глазки забегали в разные стороны. Еле сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться.
- А чего она еще тебе рассказала?
А вот этот вопрос уже настораживает…
Лариса слегка побледнела, всерьез взволновалась даже не от моего вопроса, а именно от возможных слов своей дочери. Что-то скрывают?
- А должна была еще что-то рассказать? – смотрю на нее с прищуром в глазах.
Глаза Ларисы еще больше забегали. Своими вопросами я застаю ее врасплох. Не удивлюсь, если у этой родственной пары есть определенные секреты, раскрывать которые никто не намерен. Тем более уж рассказывать мне. Если Лара не говорила о наличии дочери в принципе, о подробностях ее отсутствия в течение последних четырех лет в жизни моей супруги однозначно никто не расскажет.
- Да не, - мотает головой, стараясь улыбнуться и разрядить обстановку.
И как всегда Лариса прибегает к излюбленному и вполне себе действенному способу.
- Может, ты все же не пойдешь на работу? – тянет ко мне губы, обхватывая шею руками.
Она практически падает ко мне на колени спиной. Приходится немного удерживать. Но только немного, потому как не хочу переодевать рубашку. К тому же, что из глаженых осталась только одна.
Лариса не спешит заниматься домашним хозяйством. Поэтому сегодня я очень удивился, когда услышал на кухне характерные для приготовления завтрака звуки. Причина их возникновения оказалась куда прозаичнее.
Хотя…
Получается, что у меня есть падчерица. Причем достаточно взрослая и, как я понял по разговору, серьезная. Это радует. Стыдно признаться, но радует даже просто факт наличия у меня падчерицы. Тем более такой симпатичной. И также я рад, что она будет жить у нас какое-то время. Это привнесет в дом новую положительную энергетику. А то в последнее время создавшееся напряжение только нарастает.
- Лар, а сколько тебе лет-то? – смотрю с улыбкой, продолжая приобнимать легонько, но не прижимать.
- Женщинам нельзя задавать такие вопросы, - демонстративно поджимает губы.
- Хорошо, - киваю, быстро чмокаю в нос и «отбрасываю» Лару на место. – У ЖенькА спрошу.
Вскакиваю с кровати, слыша недовольное от Ларисы сзади:
- В смысле у ЖеньКА? – как-то нехорошо проговаривает имя своей дочери. – И вообще! Ничего она тебе не должна говорить!
- Почему это? – вскидываю брови, делая наигранно недоуменное лицо.
- Так стоп, - словно осеняет ее. – А когда ты у нее спросишь?
- Так сейчас, - пожимаю плечами, - пока до универа везти буду.
Лариса побледнела. Почему-то этот милый и уважительный жест с моей стороны кажется ей страшным и неподобающим что ли…
- Куда везти?.. – бормочет, еле шевеля губами.
Глава 7. Женя
- Долго еще? – бубню себе под нос, переваливаясь с ноги на ногу.
Как могла, отказывалась от его помощи. Вот действительно, как могла. Я даже придумала легенду, что худею и пойду пешком! Зря, конечно, я это сказала. Потому как Мурмушечка оглядел меня своим цепким взглядом, чем запустил по телу тысячи мурашек. Только, если уж совсем быть честной, я так и не поняла, от чего они появились. То ли от страха, что вполне справедливо и ожидаемо. Что со мной всегда происходило в аналогичных случаях. То ли еще от чего…
Нет, с одной стороны, подобные непонимания можно объяснить длительной разлукой с матерью. В последний раз я ее видела в десять лет. Когда… Ладно, не будем сейчас вспоминать плохие моменты моей жизни. Одним словом, в аналогичных ситуациях восемь лет назад я испытывала страх. Но тогда я была ребенком. Сейчас же взрослой, надеюсь, что вполне себе симпатичной девушкой.
- Она сама доберется! – кричит мать из спальни.
Остается только закатить глаза и тяжело вздохнуть. Мама в своем репертуаре. Как всегда. Годы идут, а мозгов больше не становится. Объяснять очевидные вещи бесполезно. Но Мурмушечка этого ещё не знает, поэтому не подает никаких признаков жизни.
За дверью спальни супругов возникла тишина. Пользуюсь случаем, просто выскальзываю за дверь.
- Фууух, - облегченно вздыхаю, когда спускаюсь на этаж ниже.
Но радоваться пришлось недолго...
- Женя!
Игорь так громко закричал, что от страха и неожиданности я остолбенела. Прикладывая усилия, поднимаю голову вверх. Смотрю на солидного мужчину и вспоминаю его в полотенце на бедрах.