Джедхор одобрительно кивнул, но заметил:
— Ваши причёски и необычные сандалии выдают вас.
«Ну ладно, — подумали ребята. — Обувь можно поменять или снять вовсе, а вот с причёской… Не будут же они бриться наголо».
Увидев замешательство своих спасителей, Джедхор попросил немного подождать, подозвал главного слугу, и вскоре перед ребятами стояли два небольших сундучка, в одном из которых лежали всевозможные парики, а в другом — сандалии.
От сандалий — жёстких и неудобных — отказались сразу.
— Лучше будем ходить босиком, — сказал Саша.
Потом стали водружать себе на головы тяжёлые парики с чёрными завитыми локонами, доходящими до плеч, чуть не расхохотались, потому что выглядели ужасно несуразно. Голова казалась такой огромной, будто её специально надули.
Ваня оглядел Аню и произнёс:
— Это гофрированное белое платье с платком на плечах тебе очень идёт, особенно хорошо смотрятся украшения на шее и запястьях, только вот… — он сделал паузу, — причёска совсем не красит, — и Ваня лукаво улыбнулся.
— Ты лучше на себя посмотри, — ответила ему девушка. — Что это за платье на бретельках, да ещё с поясом в виде передника. Ты в этом одеянии очень похож на официанта из ресторана «Голубая устрица». Лучше бы надел простую набедренную повязку.
— Вообще-то, я бы ещё и платок накинул на плечи, жаль, что это предмет женского туалета, — стал оправдываться Ваня и неожиданно спросил: — Ань, у тебя случайно нет крема от загара? Я очень боюсь обгореть.
Аня покрутила пальцем у виска.
— А что? — пожал плечами Ваня. — В дамской сумочке, насколько мне известно, можно найти всё что угодно.
— Откуда тебе это известно? — прищурилась Аня.
— Жизненный опыт, — пространно заметил Ваня.
— О, я и не знала, что ты специализируешься по женским сумочкам, — развела руками девушка. — И часто ты в них заглядывал?
— Раза три, — сказал Ваня, не думая.
— Солидный результат, — процедила Аня.
Это препирательство могло затянуться надолго, и Саша решительно произнёс:
— Ну, хватит вам уже. Как хорошо, что наши новые знакомые не понимают по-русски!
Аня и Ваня перевели сердитые взгляды на Сашу и мигом перестали ссориться. Гляда на Сашин наряд, они чуть не рассмеялись в голос. Большой чёрный парик, белая туника и нагрудное украшение полностью разрущали Сашин имидж. Всегда такой строгий и обстоятельный, не любивший броско одеваться, не признававший перстней, цепочек и браслетов, он выглядел сейчас просто карикатурно. Вот тебе и посланец богов!
— Александр Валентинович, по-моему, Вам не к лицу это платье, — только и вымолвила Аня, усилием воли сдерживая смех.
— Особенно на бретельках, — подхватил Ваня.
Саша смутился, но сразу взял себя в руки.
— Идут или не идут — это второй вопрос. — Сейчас мы должны быть одеты, как египтяне. Понятно?
— Понятно, — дружно ответили ребята, давясь от смеха. Сашина серьёзная физиономия и строгий голос совершенно не гармонировали с его новым нарядом.
Он бы и сам предпочел не устраивать подобного маскарада. Ему казалось, что в этом идиотском наряде он сильно теряет привлекательность в глазах Ани, и это было главное, от чего он страдал. Но… он прекрасно понимал, что есть вещи и поважнее. Поэтому повернулся к Джедхору и поблагодарил его за одежду.
Свою московскую одежду ребята аккуратно сложили в корзину и не стали не отдавать слугам. А парики решили пока не надевать.
— Перед самыми воротами и напялим, — сказал Саша, — иначе на таком солнцепёке, да ещё в этих шапках просто получим тепловой удар.
— А куртку свою я, пожалуй, всё-таки наброшу, — заявил Ваня и полез в корзину. — Боюсь плечи обгорят на солнце.
Аня, взглянув на него в тунике на бретельках и в спортивной куртке, только вяло хихикнула — смеяться уже не было сил.
— Думаю, можно двигаться, — сказал Саша.
А Джедхор низко поклонился таинственным посланцам и сказал, что с нетерпением будет ожидать их прибытия.
И колесница уехала, оставив после себя лишь облако пыли.
Глава 21
ХОЧУ БЫТЬ ФАРАОНОМ
Трое друзей, изнывая от жары, медленно шли по пыльной дороге, в сопровождении слуг Джедхора. Раскалённое солнце светило так ярко, что глазам было трудно смотреть, его обжигающие лучи накалили не только землю, но и воздух, который тихо дрожал, не давая вздохнуть всей грудью. Стены города, маячившие вдалеке, в этом горячем мареве казались видением, миражом, а беспощадно яркое небо было вовсе не голубым, а выжженным практически до белизны.
Главный слуга, которому Джедхор отдал распоряжение сопровождать гостей и исполнять любое их желание, видя, как незнакомцев утомил путь, поспешно подошёл к ним и предложил немного передохнуть, выпить воды и поесть фруктов.
— Попить было бы неплохо, — сказал Ваня, после того как Саша перевёл слова слуги, — а останавливаться, пожалуй, не стоит, лучше быстрее дойти до города, тем более, он уже совсем близко. Но, знаете, ребята, — жалобно добавил он, — если мы в течение пятнадцати минут не доберёмся до какой-нибудь тени, то я просто сварюсь, как рак.
— И на твоей могиле напишут эпитафию, — сказала Аня. — «Здесь лежит Иван Оболенский, сваренный заживо в прошлой жизни своего друга».
— Вообще-то, я слышал, что люди опасных профессий — испытатели, альпинисты, спасатели — никогда не говорят о смерти, — заметил Саша. — Пора бы и нам взять на вооружение этот принцип.
Аня перестала улыбаться. Она хотела что-то возразить, но тут как раз слуга принёс кувшин с водою, и это событие полностью поглотило внимание всех троих. А, утолив жажду, они сразу переменили тему.
— Ты прочитал на экране «Фаэтона»? Сколько времени мы проведём здесь? — тихо спросила Аня у Саши.
— Всё произошло так быстро, я почти сразу крышку захлопнул и убрал прибор в сумку. По-моему, там было…
Саша не успел договорить, потому что из толпы носильщиков донесся странный звук, похожий на стон. Аня и Саша повернули головы и увидели изумленные лица слуг с расширившимися от удивления глазами. Все смотрели на Ваню. А тот с сияющей улыбкой на лице и стоном безмерного наслаждения лил себе на голову холодную воду из кувшина. Египтяне, как заворожённые наблюдали за происходящим. Саша быстро подошёл к Ване и выхватил у него кувшин, но, к сожалению, сосуд был уже совершенно пуст.
— Ты чего? — не понял Ваня.
— Это же вода для питья, балбес!
— Ну и что?
— Ничего! — возмущённо объяснил Саша. — Её пьют, а не купаются в ней. Чистая вода среди пустыни — это же ценность величайшая. А ты куда её льёшь? В песок.
— Называть мою голову песком — в высшей степени беспардонно с твоей стороны, — Ваня уже понял, что был неправ, но решил спрятать неловкость за очередной шуткой. — В моей голове, как правило, рождаются гениальные мысли, а если мозги сварятся на этой жаре, то… — видно было, что Ваня еще не придумал финала своей шутки.
— То что? — поторопила Аня.
— Гениальные мысли, тоже будут вареными, а это, конечно, диетично, но не так вкусно, и главное, в них резко падает содержание витаминов…
— Витамины в мыслях? — Аня сдержанно улыбнулась. — Бред какой-то! Я думаю все как раз наоборот: если твоя голова как следует прожарится, все лишние мысли испарятся и останутся одни гениальные
— Шутки шутками, уважаемый автор гениальных мыслей, — вмешался Саша, — но слуги осудили твое поведение и смотрят сейчас, как на дикаря.
Ваня пригладил мокрые волосы и, повернувшись к публике, все еще не пришедшей в себя, произнёс:
— Ах, простите, уважаемые коллеги, я не нарочно!
— Скажи спасибо, что они не понимают тебя, — сказал Саша. — И запомни на будущее: купаться только в реке.
— Там, наверно, крокодилы, — предположил Ваня. — А что во всем городе нет ни одной бани? Все ходят мыться на реку?