Я ушла от очередного удара, и начала каскад из сложных ударов. Зинн, не ожидавший от уставшей меня такой прыти — стоило бы догадаться — немного растерялся. Я еще ускорилась, на ходу разворачивая пару огненных заклинаний, ударила. Зинна откинуло на ствол дерева, он шарахнулся, надеясь уйти от моего прыжка. Я же приземлилась рядом с ним, уперлась лезвиями клинков в его горло. Два резких движения, Зинн, слегка порезавшись об лезвия — я чуть убрала их — вскакивает в намерении продолжать бой. На заднем плане Ямик, явно увлекшись, заставляет отступать Сейхата.
— Все. — Я сказала это тихо. Но все услышали.
Зинн, все еще не отпуская меча, в недоразумении, остановился в шаге от меня.
— Зинн уходи.
Он не понимает. Не хочет понимать. У него задание, просьба, приказ. Убить меня. Или самому умереть.
— Уходите. — Повторяю я, в отчаянии, уже скрипя зубами от наступающей злости.
Они смотрят друг на друга, они хотят уйти, но это долг. Долг, который следует выполнить.
— Вас не осудят. Уходите.
— Мы не сможем вернуться. — Зинн, наконец, очнулся. Еще бы, небось первый раз слышит от меня такую просьбу.
— Вас не осудят. Тиссогран был не прав. Уходите.
Молчание.
— Уходите, или я убью вас.
Мечи скользят в ножны. Все?
— Извини. — Сейхат осторожно отступает. — Он был не прав. И мы были не правы.
— Что он вам наплел… — Вопрос застывает посреди леса, напротив меня уже нет собеседника. Две тени, закладывая плавные виражы, улетают.
Колени подгибаются, и я мешком оседаю на землю. Они ушли!!! Я рада. Рада тому, что они живы. Мне не пришлось их убивать! Потихоньку подползаю к своему плащу и рубахе, с надеждой, что они не очень запачкались, и мрачновато осматривая руки, которые в крови.
— Юна.
— Долгая будет ночь… — ворчу я, отчетливо понимая, что сейчас последует допрос.
— Кто они? — С места карьер, напрямик, как мамонт. Нет бы, вокруг походить, как у тебя самочувствие, спросить.
— Зачем ты полез? — Зло спрашиваю я.
— Ты хотела умереть? — недовольно, с сарказмом спрашивает он.
— Нет. Все обошлось. Зачем полез? — повторяю вопрос.
— Зачем… — Ямик фыркает. — Я уже ответил. Что-то не устраивает?
— Нет. Да. Уйди.
— Надоела. — Зло говорит Ямик, намекая на многочисленное «уйди» в моих фразах.. — Не надо гнать меня. Без меня ты бы не выиграла.
— А кто сказал, что я хотела выиграть? — Вкрадчиво интересуюсь я, медленно расплываясь в клыкастой улыбке. Ямик некоторое время созерцает мое зубастую рожу, затем отводит взгляд. Неприятно смотреть? Но очень скоро его взгляд возвращается ко мне, его лицо ничего не выражает… Ни интереса, ни отвращения… Равнодушие.
— Кто они?
— Братья.
Он молчит, внимательно смотря на мои крылья за спиной. Пустое «внимание», без эмоций.
— Оборотень, значит; истинный?
— Я не врала. — Оправдываюсь я. Почему оправдываюсь, раз не врала? Не знаю. Чувствую себя виноватой перед ним.
— Да… Конечно. — Он злиться.
Я, опираясь на клинки, поднимаюсь на ноги. Меняю ипостась, прямо на глазах у Ямика, не заботясь о произведенном впечатлении: спину не мгновение скручивает пронизывающей болью и накатывает слабость. Встряхиваю головой. Где лагерь-то? Верчусь, пытаясь вспомнить направление. Ага, нам сюда; на ходу натягиваю поднятую с земли одежду. Отряхнувшись, я ныряю сквозь ветки, и уже уверенно направляюсь к лагерю. Ямик не издавая ни звука, идет за мной.
— Сколько я тебе должна?
Молчит.
— Ты два раза спас мне жизнь. — Напоминаю ему.
— Так ты не отрицаешь, что без меня, тебя бы убили?
— Нет. — Мотаю головой, зная, что он смотрит мне в затылок. — Но и выигрывать бой я не хотела.
— Почему?
— Почему ты не понимаешь? Они мои сводные братья. Я не могу их убить. Они моя кровь, моя родня.
— Они тебя могут убить?
— Да. — Жестоко, по отношению ко мне. И неприятно. — Наверное.
— А Тиссогран? Его бы ты смогла убить? — Неожиданный вопрос.
— Да.
— У тебя кровь по руке течет. — Напомнил Ямик. Я уже забыла. Странно, что не останавливается… Сильно порезал меня Зинн, что сказать…
— Да. — Я поднимаю руку, внимательно разглядываю тут же отяжелевший от крови рукав плаща. Осторожно, стараясь не запачкаться, закатываю рукав.
— Ты маг?
— Да.
— Кто они? — Он спрашивает, и ожидает один единственный ответ. Я дам ответ.
— Боевые Лангор Ла. Оборотень с летательными способностями. Острые зубы, уши, отменное ночное зрение, когти, способность к регенерации, нечувствительность к свету, длинный век, около девяти-десяти столетий… Все, что нужно. Совершенная боевая машина. Убийца. Это мы, немногочисленная, но очень эффектная раса. Еще вопросы есть?
— Вы чтооо, решили разодрать друг друга на кусочки!?! — Шин в недоумении распахнул глаза, отчего они готовы были выкатиться из орбит. Похож на худую лягушку… с козлиной бородкой… Такое возможно, или у меня глюки?
— Эй, а где дрова? — Я убийственно глянула в сторону Райнена, от чего тот моментально заткнувшись, отвернулся. Ага, я просто мимо проходил… Нашел виновную, претензии заявляет.
До лагеря мы добрались, уже готовые убить друг друга. Нет, Ямик не донимал меня вопросами, просто шел, издавая больший шум, чем Урон и Нижс, вместе взятые. И пыхтел. Я, решила, сейчас не время расспрашивать его, откуда он взялся в лесу, на поле боя, потом как-нибудь узнаю.
Кейлан смотрел на меня недовольно и осуждающе. Я протянула ему руку, он хмурясь, осмотрел ее, я тоже, глянула на нее, и пришла к выводу, что все не так хорошо, как хотелось бы. Кровь перестала течь только сейчас, до этого времени у меня, обладательницы моментального свертывания крови, эта алая жидкость наотрез отказывалась не появляться на поверхности. Кейлан работал быстро, общими усилиями мы привели рану в вполне достойное состояние. И замотали как мумию, что Кейлану не свойственно — обычно он не заматывает.
После меня, место возле Кейлана занял Ямик. Честно говоря, я не заметила, что его ранили.
— Что вы там делали, я не понял? — Изумленно проговорил Кейлан.
— Ножичками баловались. — Язвительно ответила я, ни к кому не обращаясь.
— Я что-то не соображаю, — взвизгнула Аилла. — на вас что, напали?
— С чего ты взяла? — Спросила я, моментально развернувшись в ее сторону.
— Ну… Вы такие усталые. — Она сделала небольшую паузу. Как-то многозначительно прозвучали ее слова, не находите. — И еще… От вас магией несет.
Прокол. Не хорошо.
— Артефакт нашли.
Аилла замотала головой, не поверила.
— С единорогом встретились. — Наугад продолжила я, тем временем старательно затирая следы магии: я почти не колдовала в бою, там один щит, и пару огненных заклинаний поставила. Ямик, не думаю, что он вообще колдовал, вон, руки обожжены огоньком, да и недолжен уметь. Пришлось затирать следы Зинна и Сейхата.
Аилла вновь замотала головой.
— Ночью в темном лесу, единороги?.. Что-нибудь поубедительнее?
— Леший попался. — Сморозила я сущую ерунду.
Девушка ехидно усмехнулась. Лешие по лесам ночью не бродят… И маловато их на востоке. Уж что-что, а знания про лешего у нее в голове, как ни странно, присутствовали.
— Ээээ… — Я задумалась. — Мага встретили по пути. — Почти правда.
— Что за маг? — Не унималась Аилла.
— Да так…
— И он вас не размазал по стенке… то бишь по стволам? — не поверила девушка, — Это какой такой маг?
— Однорукий, одноглазый, на костыле… — Начала перечислять я.
— И вы его бросили? — В ужасе спросила Аилла. Блин, не угодишь девчонке. Впрочем, если она продолжит в том же темпе, ей недолго жить осталось… ой, да ладно, я не такая кровожадная… Я всего лишь Лангор.
— Конечно. — Уверенно сказала я. — Он же хромоногий, однорукий, пальцы в гипсе, слепой… в общем, никакой.
Я почувствовала, что она пытается считать меня. И ауру и мысли, и все что найдет. Эк как высоко замахнулась. Невидимые блоки и щиты воссоздались моментально, заменяя ауру мага, и восстанавливая узор человеческой ауры, мысли заплылись каким-то жирком, кроме нашего с ней разговора они ничего не содержали. Только сделав над собой серьезное усилие, она могла обнаружить в моей ауре потоки мага. Но это усилие девочка делать не стала, поленилась.