Соколовский прищуривается и молча изучает моё лицо. У меня от его проникновенного взгляда мурашки по всему телу бегут. Он словно смотрит глубоко внутрь меня и видит намного больше, чем мне бы хотелось. Это уже плохо похоже на игру.
— Носи его всегда, Лена, — наконец произносит он после паузы.
— Зачем? — голос хрипнет, я машинально облизываю губы, и этот жест не ускользает от мужского внимания.
— Sei la mia sposa.*
— Non annegare nell’inganno.**
— Только если с тобой.
__________
*Ты моя невеста.
**Не утоните во лжи.
Глава 14
Нашему уединению не суждено было продлиться долго. Истошный плач моего младшенького заставляет меня отпрянуть от Руслана и в скоростном режиме переключить внутренний тумблер с «невеста» на «мама». Молниеносная смена ролей. Я тут же забываю о боссе.
Ноющий Мишутка вызывает во мне шквал материнской любви. Ну что за маленький монстрик? Весь грязный, мокрый и сопливый. Шапка съехала набок, левая штанина задралась, и весь левый бок мокрый. Так и знала, что надо было надевать ещё демисезонный комбинезон, а не модный спортивный костюм.
— Миш, ты где лужу нашёл? — присаживаюсь напротив сына, возвращая чёрную шапку на место.
Миша шмыгает носом и пытается утереть слёзы грязными руками. Перехватываю ладони сына.
— Я случайно, — начинает ныть ещё пуще.
— Ну всё, всё, милый. Нагулялись. — Паш, — оборачиваюсь к старшему, — Пират все свои дела сделал? Ты собрал?
— Да, ма, — кивает сын и машет в воздухе маленьким чёрным пакетиком.
— Отлично. Тогда домой. Выпрямляя колени, поднимаюсь и, обхватив грязную ладошку сына, оглядываюсь в поисках Арсения.
— Я вас провожу, — произносит Соколовский, и только в этот миг я вновь о нём вспоминаю.
— Это лишнее, — отрицательно качаю головой.
И я так действительно считаю. Слишком много Руслана становится в моей жизни. В нашей.
Он так легко сконнектился с моими мальчиками, что меня это немного пугает. И я не думаю, что мои страхи беспочвенны. Я мысленно пытаюсь ещё раз показать своему боссу-жениху, чтобы он не думал настаивать, но все мои невербальные посылы остаются неуслышанными, так как Соколовский передаёт мне поводок Пирата и зовёт к себе своего Бадди.
— Парни, показывайте дорогу, — нагло пропускает мои слова и, проходя мимо, подмигивает мне.
Наглый… самоуверенный…
Когда в поле моего зрения оказывается его идеальная задница, я чуть не стону в голос. Вовремя прикусываю язык.
Сексуальный… Соколовский. Чёртовски.
Интересно, какая она на ощупь?
О, боги! О чём я думаю?! Трясу головой в прямом смысле этого слова, отчего она даже немного начинает кружиться. Это отрезвляет. Ни к чему мне думать о моем боссе в этом плане. Но как же сложно, когда он оборачивается и дарит мне одну из своих лукавых улыбочек.
И самое интересное — я отвечаю ему взаимностью. Мои губы сами собой растягиваются, а щеки окрашиваются предательским румянцем. Чтобы скрыть своё состояние, я делаю то, что делаю на каждой прогулке: ищу взглядом всех своих детей. Мишку я держу за руку. Во второй руке поводок с Пиратом. Сенька идёт вприпрыжку возле ретривера, а Пашка — рядом с Соколовским. Они о чём-то оживлённо болтают.
— Представляешь, я тоже люблю футбол, — доносится до меня обрывок разговора Руслана с Павлом.
— Да ладно? — вскидывает неверяще голову мой старшенький.
И мне так понятен его жест и причина, по которой он вызван. Денис, отец моих мальчишек, терпеть не мог футбол, баскетбол, хоккей — все активные и подвижные командные игры, в общем. Он признавал лишь те виды спорта, где всё зависит только от одного спортсмена.
«Медаль и кубок должны принадлежать только тебе, а не команде», — любил втирать бывший муж детям. Но, как видите, я наплевала на слова мужа и отдала своё дитя туда, куда лежала его душа и где Пашке было интересно. Вот и ходит старший сын в спортивную секцию уже не один год.
Сенька в садике ходит на робототехнику, а Мишка пока лишь учится лепить из пластилина колобков и вырезать кружочки из цветной бумаги. Когда придёт время, я могу лишь направить, а выбор всегда останется за детьми. По-моему, дети могут хоть каждый год менять секции, лишь бы это приносило им радость. Если душа не лежит — заставлять уж точно не стану. Даже если это будет индивидуальный вид деятельности.