Ни секунды больше не задержусь в этом доме. Не прощаясь размашистым шагом покидаю родительский дом. Сажусь на мотоцикл и уже тянусь рукой к зажиганию, как мой взгляд цепляется за атласную ленту. Её ленту. Зависаю. Ладонь сама тянется к ней, и эта лента всё такая же на ощупь. Нежная и гладкая, как и кожа её прежней хозяйки.
— Назар, это совсем не то, что ты подумал. — Лиза двигается наперерез мне. Не предполагал, что она может побежать за мной.
Как она мне говорила? Всё, что касается её, меня не должно волновать.
Выдавливаю кривоватую ухмылку.
— Та маленькая девочка разве не твоя дочь?
— Моя, — кивает, облизывая губы.
— И моего брата, — выплёвываю неприятный мне факт.
— Нет! — голос Лизы повышается. Она переминается с ноги на ногу, волнуется, заламывает руки, но я молчу, ожидая продолжения. — То есть да.
— Ты уж определись, Лиз.
— Маруся считает папой Стаса, но она не его.
— А чья? — Еле уловимая искра надежды зарождается где-то на задворках моего сознания.
— Она наша. Моя и твоя.
— Что, блин, значит — она наша?
Лиза вздрагивает всем телом и хлопает ресницами, а когда она повторяет, что девочка по имени Маруся наша общая дочь, я взрываюсь.
Спрыгиваю с Харлея, смачно пнув по заднему колесу.
Как это, чёрт побери, понимать? Как? Бл*ть!
Четыре года я понятия не имел, что Лиза всё ещё часть нашей семьи, что воспитывает нашу с ней дочь с моим братом! Отец, мать, Стас ни слова мне не сказали! А Ксюха?! Они, чёрт, что, совсем свихнулись?
— Почему ты молчала? — Хватаю девушку за плечи, желая как следует встряхнуть. — Лиза! Почему ты не связались со мной?
Лицо Лизы моментально краснеет, она начинает плакать, но тихо так, будто котёнок. Меня терзают два желания: первое — обнять и успокоить, второе — оттолкнуть и накричать.
— Я жду ответа! — Встряхиваю её хрупкие плечи один раз.
Мне нужны эти чёртовы ответы.
— Отпусти мою жену! — Подлетает к нам Стас и выдирает Лизу из моих рук.
— Не лезь, братец. — Бросаюсь на брата и отталкиваю его двумя руками.
Стас замахивается для удара, я быстро уворачиваюсь, но сам заношу кулак снизу и делаю точный выпад в солнечное сплетение. Стас сгибается пополам, Лиза кричит, но что именно, не понимаю. И только истошный детский возглас: “Папа!” — приводит меня в чувство. Отрезвляет молниеносно.
Сейчас я в глазах собственной дочери монстр, который посмел ударить её “папу”.
— Мы ещё не договорили, — бросаю Лизе, прежде чем поднять байк и смыться из этого места.
Надо остыть.
Холодный ветер в лицо — самое то, чтобы остудить эмоции и прочистить мысли.
Глава 14
У меня есть дочь.
Нет, не так. У нас с Лизой есть общая дочь.
Поверить не могу. Маленькая такая девочка, белобрысая, о которой я ничего не знал. Пока я пытался не сдохнуть морально, моё место занял младший брат. Отец на славу постарался. Я и предположить не мог, что батя так меня возненавидит, что лишит не только дома, семьи, любимой девушки, но и собственного ребёнка.
Я злюсь, и меня вряд ли можно винить в этом.
Скорость почти под сотню, сбрасываю. Башка включается сама собой. Ищу вывеску бара. Мне нужна передышка.
Торможу у первого попавшегося на глаза заведения. Навстречу вываливаются две девицы, кидая на меня заискивающе взгляды и зазывно улыбаясь. Отмахиваюсь от девчонок и иду прямиком к барной стойке.
Напиться — моя единственная цель на сегодняшний вечер.
— Текилу, — заказываю у молодого парня-бармена.
Низкий круглый стакан оказывается передо мной. Хочу выпить залпом, но меня отвлекает мужик, что занимает свободный барный стул рядом со мной.
Он мрачнее тучи: его брови собрались на переносице, лоб расцвечивает не одна линия морщин. Ему под полтинник, наверное. Брюнет, но уже с пеплом на волосах, высокий, ухоженный. В костюме стоимостью с годовую зарплату здешней официантки. Что-то мне подсказывает, что он тут случайный гость, такой же как я.
— Бутылку Hennessy и пепельницу, — произносит мужик.
Тоже решил горе запить? Кошусь на него, подмечая, как он ощупывает карманы и с досадой выдыхает. Курить, что ли, хочет?
Протягиваю ему свою пачку Sobranie Black.
— Спасибо, — благодарит, косясь на мой бокал с текилой. — Составишь компанию?
Перевожу взгляд на бутылку коньяка, взвешивая за и против. Настолько ли сильно я хочу напиться? Пока обдумываю, он уже наполняет свой бокал, и я залпом допиваю текилу, после чего протягиваю ему свой пустой стакан. Мужик ухмыляется, довольно кивая каким-то своим мыслям, одновременно льёт в стакан коньяк, после чего прикуривает сигарету и глубоко затягивается. Думает о чём-то своем.