“УрОил” занимает не всё офисное здание, а лишь три верхних этажа, и только на самом верхнем есть панорамные окна.
Красивый вид, ничего не скажешь.
Осень полностью вступила в свои права. Центральный парк уже красуется разноцветными шапками деревьев. Ещё несколько недель золотая осень порадует глаз, а после, как всегда, её заменит унылая, серая и дождливая. И это будет продолжаться до тех пор, пока не выпадет первый снег. А в наших краях это возможно как в середине октября, так и в конце ноября. Как уж повезет. А там уже цветная иллюминация, праздничное предновогоднее настроение и ожидание чуда, сказки, волшебства.
Когда у меня появилась Маруся, Новый год стал нашим самым любимым праздником. Даже будучи совсем крохой, она сразу поняла, что нарядная ёлка — это то самое место, где прячутся подарки. У нас есть традиция: ставить ёлку за неделю до тридцать первого декабря и каждую ночь подкладывать для детей маленькие презенты, а уже в саму новогоднюю ночь — более существенные. Эта традиция пошла из нашей семьи. Мы с сестрой её лишь переняли.
Предыдущие два года мы праздновали все вместе в доме семейства Лунеговых. Но что-то мне подсказывает, что в этом году так уже не будет. С возвращением Назара всё начинает меняться.
И я уповаю на благоразумие Стаса. Нам пора разорвать нашу связь и отпустить друг друга.
А ещё я надеюсь, что отец моих горячо любимых племянников и муж моей сестры в этом году всё-таки проведет праздники дома, со своей семьей. Мне больно за неё. Я вижу, как она пытается держаться, но также я знаю, как она устала быть одной. Нам надо обязательно в ближайшее время выбраться куда-нибудь без детей. Ксюху с собой позвать и устроить девичник. Танцы там или караоке… Что там модно сейчас у молодых и красивых? Мы вечность никуда не выбирались без детей, так, чтобы оторваться хорошенько, чтобы волосы на голове поутру болели от выпитого накануне.
Усмехаюсь от представленной картины и в этот самый момент слышу позади себя шаги. Оборачиваюсь.
— Рад, что у тебя приподнятое настроение, Лиза, — Назар дарит мне открытую улыбку. От неё нервозность, зародившаяся во мне при мысли о том, что придется весь день выполнять не свою работу, и страх упасть в его глазах, не справившись с этой работой, моментально куда-то пропадают.
Это же Назар. Хоть и давно не мой. Но он всё такой же родной. А при воспоминании о нашем ночном диалоге в животе образуется тепло, плавно перетекая по всему телу. Согревает, словно это его руки меня обнимают.
Мне кажется, в эту самую минуту я снова в него немного влюбляюсь.
Приехали.
— А чего горевать? — Вытряхиваю сердечки из головы, прерывая наш зрительный контакт.
— По телефону ты пыталась мне что-то втирать про свою некомпетентность, — усмехается Большой-босс-Назар.
— Я почитала должностные инструкции, — отвечаю с улыбкой и ловлю себя на мысли, что я с ним флиртую.
— Вот это я понимаю, но зря, — смеётся Назар и разворачивается в сторону лифта.
Я догоняю его в два шага.
— Что значит, зря?
— А то и значит. Полная импровизация, вот что нас ожидает сегодня.
Сглатываю и следую за ним в лифт.
Что это значит?
В кабине много места, но мы почему-то стоим слишком близко. Наши предплечья соприкасаются. У нас обоих длинные рукава, но это не мешает мне прочувствовать весь жар, исходящий от мужского тела. А ещё я не могу не втянуть носом аромат, исходящий от Назара. Меня немного ведёт, и дыхание перехватывает.
В момент, когда табло показывает цифру два, кончики наших пальцев соприкасаются, и нас простреливает ток. Такой реальный, наэлектризованный.
Я резко отдёргиваю руку, и мой рот от неожиданности распахивается в немом удивлении. Кошусь взглядом на Назара, но он уже делает шаг вперёд, так как створки лифта распахиваются, но я успеваю поймать на его лице кривую ухмылку, а после слышу тихое напевание. Я даже различаю слова (а я точно их различаю и узнаю, ведь этот хит моя Маруся распевала всё это лето), Назар напевает песню Димы Билана:
— Это ты, это я, между нами молния с электрическим разрядом 220 вольт…
Я не сдерживаюсь и начинаю хохотать в голос, и, что меня даже не удивляет, Назар тоже смеётся, держась ладонью за живот, так громко и открыто, как не должны смеяться Большие Боссы.
И вот как с ним вообще работать?
Глава 25
Назар, наше время
У меня никогда не было тяги к работе в компании отца. Я всем своим существом пытался держаться от неё подальше. Все годы, пока учился в универе, я был обязан проходить стажировку именно в “УрОил”. После получения заветных корочек отец меня наконец-то услышал, а может, просто сделал вид, но позволил мне посвятить год поискам себя и дела, которое приносило бы мне удовольствие. Ну и деньги, конечно.