А ещё у неё есть совершенная маленькая копия, которую я люблю какой-то необъяснимой любовью. Просто за то, что она продолжение меня и Лизы. За то, что в её улыбке я узнаю себя, а в глазах — её маму.
Сегодня, в канун Нового года, у меня большие планы на моих девочек. Это наш первый Новый год, и я хочу, чтобы он запомнился навсегда.
— Лиза, может, останемся дома? — пытаюсь закинуть последнюю удочку, пока моя любимая, сидя на кровати, поджав одну ногу под себя, кропотливо заворачивает подарок для сестры в новогоднюю упаковочную бумагу.
Лиза откладывает коробку в сторону и поднимает на меня хмурый взгляд.
— Назар, мы же пообещали всем, что приедем. Тем более Трис приезжает.
Закатываю глаза. Вообще-то, я позвал её не на Новый год, а на январские праздники. Это она сама решила, что хочет встретить праздник по-русски.
Подхожу к своей девочке, присаживаюсь рядом, обнимая за талию, и припадаю к её нежной коже за ушком, задействуя физиологию как самый эффективный метод. Лиза открывает мне больший доступ к своей шее, и я вновь пользуюсь приглашением.
Втягиваю носом запах её кожи, волос и вообще никуда не хочу ехать. Остался бы в постели навсегда.
— Давай хотя бы ближе к полуночи.
Лиза выпускает воздух и, сдаваясь, обмякает в моих руках.
— Так и скажи: “Любимая, я приготовил для вас что-то особенное и не хочу, чтобы другие вам завидовали”.
Не в бровь, а в глаз, как говорится.
— Любимая моя девочка, я приготовил кое-что для вас. И я хочу это сделать только наедине.
— Ладно, — наконец соглашается Лиза. — Только своим звони сам.
— Да без проблем. — Тут же набираю сообщение матери, что приедем ближе к одиннадцати.
— Заглянешь к Марусе, я пока сделаю нам завтрак.
Киваю и целую Лизу в губы коротким поцелуем.
Дочка уже проснулась, но всё ещё в розовой пижаме в белый горох. Сидит на полу и увлечённо украшает блёстками открытки. От усердия даже кончик языка выставила.
— О, — обращает на меня внимание, — доброе утро! Я не успела закончить, — сообщает грустным голосом.
— Доброе, милая. У тебя ещё есть время. Но, если хочешь, могу помочь.
— Нет, — качает головой. — Это же сюрпри-и-из.
— Люблю сюрпризы.
— И я.
— Как раз сегодня тебя ждёт такой.
Глаза дочки загораются в предвкушении.
— Когда?
— Скоро.
— Мне понравится?
Киваю.
— Обещаю.
Это моё основное правило. Если обещаю, то после выполняю обязательно. Иначе нельзя.
Почти два месяца, как мы живём одной семьей. Лиза была права, когда сказала, что Маруся будет в восторге от комнаты. Так и произошло. Она выглядела такой счастливой. А вот когда осознала, что с ними теперь буду жить я, немного замкнулась. Она не понимала, почему они больше не живут с папой Стасом. К тому же он стал реже с ней видеться, при этом я всегда был рядом. Дети в этом возрасте очень быстро привыкают к изменениям, но я видел, что Маруся не до конца мне доверяла. Тогда я решил поговорить с дочерью как со взрослой. Забрал из сада, отвёз в парк и, прогуливаясь по дорожкам, поделился с ней своими чувствами к её маме. Рассказал, как скучал все годы, когда был вдали от неё. А сейчас люблю не только её маму, но и саму Марусю. За то, что она дочка моей любимой женщины, что она такая целеустремленная и что она это просто она.
Детское сердечко тогда ёкнуло, и она благословила наш с Лизой союз в своей детской манере, заявив:
— Лишь бы мама больше не грустила. А я вижу, с тобой она всегда улыбается.
— Не будет. И ты не будешь, я буду тебе хорошим другом.
“И отцом”, — добавил мысленно, хотя на тот момент Маруся уже официально была моей дочерью. Не только по крови, но и по документам.
После того разговора с каждым новым днем мы всё больше сближались. Маруся привыкла ко мне, доверилась.
Мне нравилось проводить с ней вечера после тяжёлого рабочего дня. Отец научил меня играть в шахматы в шесть лет, а мою дочь — в четыре. И за это я ему благодарен, ведь именно шахматы стали нашим первым мостиком друг к другу. Потом были прогулки, беседы о путешествиях. А когда я с Лизой и Марусей поехал на соревнования в Питер, дочь открыла мне своё сердечко в благодарность за то, что я самый верный болельщик её достижений.
И вот спустя полторы недели я хочу сделать ей официальное предложение. Я созрел для него, и я очень надеюсь на то, что Маруся ответит мне согласием.
После завтрака мы загружаем багажник подарками и сумкой с нарядами на вечер и выдвигаемся в путь. Ни Лиза, ни Маруся даже не догадываются, куда я их везу. Под рождественские хиты они делают предположения, но ни одна из них даже на шажок не приближается к истине.