Я поднимаю на подругу вопросительный взгляд.
— Ты всё ещё любишь Назара?
Сердце замирает, делает кульбит и бухает куда-то в район пяток. Я сглатываю и отрицательно качаю головой. Он в прошлом.
— Он в прошлом.
— Значит, ты спокойно будешь работать с ним в “УрОил”?
А вот этого я не знаю.
В этом году я окончила бакалавриат и с сентября продолжу обучение в магистратуре. Моя специализация “Управление проектами”, и последний год я трудоустроена в компании Лунегова-старшего в отделе HR. Я одна из пяти специалистов. За мной закреплены первичные собеседования и сдача отчетности по закрытию вакансий руководителям отделов. А также я принимаю активное участие в корпоративной жизни компании.
Ещё даже не начался сентябрь, а я уже занимаюсь мониторингом баз отдыха с целью найти подходящее место для новогоднего корпоратива. В этом году у компании “УрОил” юбилей, поэтому все мероприятия празднуются с размахом. Запланирован ресторан, затем горнолыжный отдых на два дня. И впервые мне будет необходимо расстаться с Марусей. Ещё никогда не оставляла дочку на ночь у родных.
Каких перемен мне стоит ждать в ближайшем будущем? И что ещё более волнительно: чего нам всем ждать от предстоящего понедельника? Не представляю, какие изменения могут случиться в руководстве. За что именно будет отвечать Назар? И будет ли полностью отлучён от дел Стас?
В идеале мне бы надо поговорить с мужем, но, когда он приезжает за нами, от него несёт женскими духами, и всякое желание с ним разговаривать отпадает.
— Сколько это будет продолжаться, Лиз? — Стас встречает меня в коридоре, как только покидаю спальню моей девочки.
Сегодня Маруся после купания очень быстро уснула, видимо братья её вымотали. Да я и сама чуть не уснула с ней рядом. Я, конечно, миниатюрная особа, но односпальная кровать всё-таки не предназначена для двоих.
— Стас, я не хочу разговаривать. — Пытаюсь обойти мужа, но он, дёргая меня за локоть, заставляет посмотреть на него.
Я задираю голову и с вызовом смотрю на Стаса, отмечая, что муж принял душ и от него больше не несёт приторно-сладкими женскими духами.
— А чего ты хочешь, Лиза? — шипит мне в лицо, между нами остаются ничтожные сантиметры. Я вдыхаю аромат ментоловой зубной пасты. Щетина выглядит запущенной, как минимум трёхдневной.
— В том-то и дело, Стас, что я ничего не хочу. — Делаю попытку выдернуть локоть, на что мужчина лишь перехватывает его удобнее и тащит меня в спальню. — Отпусти! — шиплю негромко, ещё не хватало разбудить дочку.
— Как же ты мне… — Отпихивает меня на постель, и я, подвернув ногу, падаю на мягкое покрывало.
— Я тебя не держу, милый. — Опираюсь на локти и сдуваю чёлку с лица. — Можешь идти и дальше развлекаться с той, что составляла тебе прекрасную компанию сегодня.
— Ревнуешь, милая, — зеркалит мою интонацию и слова.
Козёл.
— Чтобы ревновать, нужно что-то чувствовать.
Шах и мат.
Стас резко подрывается к кровати, от которой успел отойти, когда толкнул меня, и снова нависает надо мной. Моя грудь свободна, но его бёдра плотно прижаты к моим, и мне приходится раскрыть их, чтобы он меня не раздавил. Муж усмехается и делает слабое движение, которого мне достаточно, чтобы почувствовать его желание.
Какой же он!
Он всегда был таким: гадким и самоуверенным, — менял девчонок как перчатки, в этом они с Назаром похожи. Богатенькие детки. Стас уже в выпускном классе гонял в школу на красном спорткаре. Назар всегда предпочитал своего двухколесного друга. Но что касается меня — со мной Стас всегда был робким, что ли. Он просто дружил со мной, наравне с Ксюней. Он мне был другом, и я не рассматривала его как парня. А уж после того, как была с Назаром, я просто не могла ни на кого смотреть в этом плане.
Но как только Стас стал моим полноценным мужем, наша “дружба” развалилась словно карточный домик. Мы стали чужими.
— Ты всё ещё моя жена. — Хватает мою правую руку и демонстрирует мне обручальное кольцо.
Забудешь тут.
— Главное слово — “ещё”! — произношу с прищуром и выдавливаю лисью улыбочку.
Стас рычит, придавив мои запястья к постели, впивается в рот, безжалостно раскрывая губы. Демонстрирует свои права. Ненавижу!
Прикусываю его нижнюю губу до крови, и Стас отрывается от меня с бешеным блеском во взгляде.
— Ничего не изменится, — цедит, отпускает мои запястья и поднимается с кровати. — Ни-че-го! Слышишь? Ты и Маруся — моя семья.
И тут я вижу, как дрожат его плечи. Голос срывается. Не так уж он и самоуверен.
Первое желание — подскочить, обнять, утешить. Сказать: “Да, всё будет как прежде, и мы будем семьёй”.