«Как могло получиться, что я до сих пор горю? - подумала Искорка, дрожа под порывами ужасного ветра. - Ведь бабушка и все остальные говорили, что достаточно даже малейшего дуновения ветерка или капли воды для того, чтобы я погасла навсегда...»
Ветер всё-таки сбил её с ног, и она перекувыркнулась по холодной земле несколько раз, однако по-прежнему не погасла. Чтобы убедиться в этом, Искорка посмотрела на свои собственные ладошки - они, как и прежде, были ярко-золотыми. И сияли, пожалуй, даже ещё ярче, чем прежде - хотя, быть может, так казалось из-за кромешной темноты окружившей её ночи.
Тогда Искорка подняла руки и, прикрывшись ими от ветра, двинулась вперёд.
Куда она шла?
Куда-то на восток - откуда, как говорили, вставало Солнце.
«Пусть у меня нет шансов дожить до конца этой ночи... и всё-таки встретить Солнце по-настоящему... но я буду идти. Буду идти до самого последнего мгновения», - твёрдо решила Искорка, продвигаясь по крохотному шажочку сквозь буран и мглу.
Где-то высоко вверху тускло светили другие родственники, неожиданно оказавшиеся у неё и здесь - это были уличные фонари, и хотя они были такими же непохожими на неё, как и братья-электрические огни, жившие в люстре и новогодней гирлянде, Искорка чувствовала в устремлённом на неё бледном свете молчаливое понимание. Казалось, эти высокие родственники мыслили как-то по-другому, нежели те, что оставались в квартире - как будто бы, повидав большой свет, они больше не делали различий между электрическим огнём и обычным.
Искорка нашла в себе силы, чтобы на мгновение остановиться и поглядеть наверх - туда, где на необозримой вышине светились бледные, размытые лица родственников.
- Спасибо!.. - прошептала она.
В лицо ей тут же прилетел, сбив её с ног, холодный, мокрый ком.
- Снег!.. - испуганно воскликнула Искорка, вспомнив то, чего больше всего на свете боялась бабушка, всегда ворчавшая, стоило только людям приоткрыть в зимний месяц окно.
Она выбралась из-под рассыпавшейся на тысячу белоснежных крупиц снежной глыбы. Постояла над ней, потрогав её ладошкой.
- Эй, Снег, - решившись, позвала Искорка. - Пусть родственники всегда говорили мне, что ты мой враг, но сейчас, мне кажется, это уже не важно. Пойдём вместе со мной! Давай встретим Солнце вместе! Идти будет трудно, но, если очень захотеть, мы сможем!
Рассыпавшийся снежный ком мрачно и недоверчиво глядел на неё из-под кустистых белоснежных бровей. Судя по всему, ему было до Солнца так же много дела, как и всем остальным, кого Искорка успела повстречать в своей жизни. Что ж, она давно к этому привыкла. Чуть вздохнув, Искорка развернулась и продолжила свой путь, более не отвлекаясь и сосредоточив все силы на том, чтобы бороться с ветром.
Казалось, в мире не осталось ничего больше, кроме этой изматывающей борьбы за то, чтобы сделать ещё один крохотный шажочек и продвинуться вперёд хоть чуть-чуть.
Но внезапно ветер на мгновение стал тише.
Искорка опустила руки, которыми прикрывалась от снегопада, и посмотрела наверх. Снег продолжался... но теперь это был совсем другой снег. Мягкий, серебристый - неслышно падавший с усыпанного звёздами неба и окутывавший спящую землю мерцающим пологом. Этот снег дотрагивался до Искорки едва ощутимыми касаниями, от которых ей на душе сразу же становилось спокойнее, а перед глазами рождались сказочные картины. Не такие неописуемо прекрасные и захватывающие, как при встрече с Солнцем, однако тоже необычные и очень красивые.
- Ты... друг? - прошептала Искорка, подставив ладошку для одной из падавших снежинок.
Подставила... и тут же опустила, не позволив снежинке прикоснуться к ней. Потому что хотя снегопаду не удалось потушить её, однако сама она вполне была способна растопить весь этот снег одним своим слишком уверенным касанием. Откуда-то Искорка это твёрдо знала. Быть может, потому, что за весь этот недолгий, однако изобиловавший препятствиями путь, она успела превратиться в ярко пылающее Пламя.
Однако это означало, что теперь она обречена на вечное одиночество. Ни друзья, ни враги, ни ворчащие родственники, ни напуганные люди - никто не посмеет прикоснуться к ней. И ей так и не узнать, что это за тепло, о котором говорил мужчина в звёздной мантии. Тепло чужой руки...
Искорка немного постояла, глядя в темноту неба, посылавшего ей снег и ветер, звёздный свет и сгущающуюся ночную мглу. А потом снова пошла дальше.
Идти становилось всё труднее, и у Искорки больше не оставалось возможности для того, чтобы глядеть по сторонам, вниз, на покрытую льдом дорогу, или же вверх, на тёмное небо. Однако в какой-то момент она почувствовала, что вокруг стало намного светлее... почти, как днём.