Ольга перебросила что-то через перила мостков. Серый комок ударился о пол и ловко перекувыркнулся. Не успела я определить, что это такое, как крошечный вихрь прокатился ко мне, скалясь, щелкая бесполезными клыками, и прикрыл сверху своим тельцем. Чуть ли не целая вечность ушла на то, чтобы понять, в какую сторону повернуть голову и увидеть, что же происходит. Когда мне удалось это сделать, я узнала, на что способен даже младенец из Волшебной страны, если его действительно разозлить.
Тоненькие, похожие на прутики пальчики Вонючки сомкнулись на шее вожака птичек. Тщедушное тельце было защищено от грозного клюва самым простым способом — Вонючка спрятался за головой чудовища. Он был всего лишь крошечным комочком меха на широкой кожистой спине твари и медленно душил жуткую птицу, оставаясь недосягаемым для когтей и клюва. План был отличный, но вот только монстр понял, к чему все идет, и решил хотя бы попытаться захватить меня с собой на тот свет.
Вместо того чтобы шагнуть вперед в тщетной попытке преодолеть несколько ярдов, разделяющих нас, птица внезапно подалась назад, прямо в сторону громадной цистерны. Вожак и прежде долбил ее клювом. Теперь чудовище последним усилием пронзило сталь и выпустило на свободу поток вина, который выплеснулся бурной багровой рекой, угрожая меня утопить.
Наконец на меня накатило то самое безумие, которого я давно ожидала. До сего момента ему мешало высвободиться присутствие Клэр. Только на этот раз оно не подчинило меня себе, не заставило лишиться сознания. Никогда еще за все пятьсот лет я не видела, что именно происходило, когда меня охватывал приступ бешенства, всегда наблюдала лишь последствия и вот теперь узнала все.
Я по-прежнему не осознавала себя в пространстве, однако то животное, которое обитало в моей крови, было не настолько чувствительно к воздействию магического снаряда. Встать мне не удалось, но этого и не потребовалось. Я поднялась на четвереньки, задрала голову над винным потоком и, пьяно пошатываясь, поползла в сторону лестницы. По дороге я увидела на стенке цистерны отражение какого-то безумного существа с всклокоченными волосами, блестящими клыками и ошалелыми янтарными глазами, которые глядели с покрытого грязью лица. Мне оставалось лишь надеяться, что это я и есть, потому что если нет, то сражаться с подобным противником у меня не было ни малейшего желания.
В движении я еще хуже понимала, где верх, а где низ, поскольку мое эго пыталось совладать с новыми ощущениями, не успев толком разобраться с прежними. Краски, образы и звуки теснились вокруг меня. Я не обращала на них внимания, сосредоточившись на Джонатане, который вместе со своей жертвой почти достиг верхней площадки лестницы.
Я поняла, что добралась до нижней ступеньки, когда ощутила под ладонями старую древесину, и поползла наверх, руководствуясь одним только инстинктом. Джонатан последние несколько футов тащил на себе тяжеленное тело, в то же время отражал атаки Ольги, которой удалось занять позицию перед дверью, ведущей наружу. Маг меня не видел, зато заметил его помощник, который немедленно ударился в панику. Вместо того чтобы запустить в меня заклинанием, способным сработать, он схватил ближайший фонарь. Масляная лампа прочертила в воздухе дугу, нацеленная на мою одежду, пропитанную вином. Я перехватила ее прямо в полете и запустила обратно.
Лампа ударила помощника, отскочила от его груди и разбилась о жесткий настил мостков. Масло быстро растеклось по доскам, залитым вином, огонь вспыхнул, и за доли секунды мостки обратились в адское кольцо. Подручный Джонатана попятился, хлопая по языкам пламени, попавшим на штаны и рубаху. Подметки его ботинок занялись и начали тлеть. Он ударился об Ольгу, которая перебросила беднягу через перила одним небрежным движением мощной лапы. Раздался громкий хлопок, и пол, пропитанный вином, запылал.
Я заметила Вонючку, который, как маленькая обезьянка, карабкался по лесенке цистерны, опережая огонь. Он перепрыгнул с ее верха на мостки, развернулся ко мне и посмотрел в глаза, как будто спрашивая: «Ну и что ты копаешься?» Ноги у меня стали словно резиновые, но я двинулась вперед, перебирая руками. Занозы втыкались в ладони, пока я медленно ползла вверх по лестнице.