Я подняла голову на звук захлопнувшегося сотового телефона. В меня впились сощуренные голубые глаза.
Я изогнула бровь, сознательно копируя Мирчу.
— В чем дело?
— Нам необходимо обсудить твои взаимоотношения с эльфами, — заявил Луи Сезар.
— Нет у меня с ними никаких отношений, — сказала я и поднялась.
«Идти здесь некуда, но требуется размяться. Руки вот-вот задрожат, кожу покалывает, а во рту горький привкус адреналина. Я сейчас заведусь, а излить эмоции не на кого».
— Так ты никогда раньше не нападала на эльфов?
— Нет.
«Доказательством тому факт, что я до сих пор жива. Я все-таки сама хищник, поэтому сумею распознать другого, более грозного, а командир эльфов потряс меня сильнее, чем мне хотелось бы признать. Не люблю убегать, но в этот раз отступление было удачным ходом».
Хотя, разумеется, я не собиралась признаваться в этом Луи Сезару.
— Тогда почему они пришли за тобой?
В его голосе угадывалась та же презрительная насмешка, с какой он говорил обо мне с Мирчей, означающая неодобрение всего, чем я была и есть. Из-за одного только подобного отношения я ничего не сказала бы ему, даже если бы о чем-то догадывалась.
Поэтому я с легким сердцем ответила в тон вампиру:
— Ты же слышал объяснение их посла. Нам все привиделось, или же это Черный круг одурачил нас иллюзией, чтобы повредить союзу эльфов и вампиров.
Я не присутствовала при этом разговоре, который состоялся по спутниковому телефону, как только мы сели в самолет, но при моем слухе подслушать его ничего не стоило.
Луи Сезар издал звук, который можно было бы назвать хрюком, сделай это человек не столь элегантный.
— Черный круг — просто какой-то жупел магического мира. Каждый делает из него козла отпущения. Те, кого мы сегодня видели, не были магами.
Я ничего не сказала, но про себя согласилась. От человеческой магии оставалось совершенно иное впечатление. Хотя я не могла понять, по какой причине маги или же эльфы сосредоточили свое внимание на мне. Может, я успела рассердить какую-то их шишку, хотя сама ничего подобного не припоминала. Обычно я охотилась за такими тварями, которых кто угодно был бы счастлив увидеть мертвыми.
Луи Сезар оставил эту тему, но сейчас же переключился на не менее болезненную:
— Господин Мирча вкратце рассказал мне все, что ему известно о тактических приемах его брата...
— Сильно сомневаюсь. — Я сумела удержаться от гримасы.
Моим нервам требовалась передышка, а не напоминание о том, в какую неприятность мы угодили. Я покрутилась в кресле, но это не помогло. Не исчезало ощущение, что кожа на всем теле натянута слишком туго.
Я пролистала стопку неинтересных журналов, принесенных стюардом, мечтая разодрать страницы в клочки. Потеря будет невелика, все равно в Сенате не читают «Роллинг стоун», но вместо того я аккуратно положила журналы обратно в сетку.
«Я на взводе уже довольно долго. Меня раздражает все. Шум воздуха в вентиляции, слабое дрожание авиалайнера под ногами, позвякивание льда в стакане Луи Сезара, который он наполнил на два пальца какой-то жидкостью.
Надо выпить. Или подраться. Да, хорошая драка была бы очень кстати».
— Pardon? — Луи Сезар бросил на меня раздраженный взгляд, когда я схватила его стакан и опрокинула залпом.
Жидкость была прозрачная, без особенного запаха или вкуса, зато такая крепкая, что запросто могла бы проесть металл.
— Вряд ли Мирча сумел бы изложить тебе всю историю, даже если бы говорил без умолку целую неделю. — Я вздохнула. — То, что ты услышал, было сжатой версией в духе «Ридерз дайджест». А то и того меньше: Драко — не та тема, какую принято обсуждать в застольной беседе.
Луи Сезар свел брови к переносице, выбирая себе другой стакан.
— Я — член семьи господина Мирчи. Мне кажется, я знаю достаточно, чтобы...
— Ты — мастер первого уровня. Раду, должно быть, освободил тебя давным-давно.
— Это к делу не относится. — Его прервало жужжание таймера на столике под моим локтем, и Луи Сезар хмуро поглядел на прибор. — Нам необходимо обсудить стратегию. Господина Дракулу будет нелегко отыскать...