Глупая девочка.
Совсем ещё ничего не испытала.
Бедняжка.
Энта обняла её крепче и почувствовала, как Ю целует её левое ухо. Нежно, кротко, испуганно.
Никогда она не чувствовала такого оцепенения. Тут, пожалуй, и печатей магических не нужно. Попросту замираешь и ждёшь…
Чего же?
Ю спустилась ниже, к шее, и лизнула её острым шершавым язычком.
По спине Энты прокатился озноб. Озноб предчувствия.
Жар затрепетал под грудью.
Она будто забыла, что снаружи, за каменными стенами, бушует омерзительная вьюга.
Ю спустилась ниже.
Это неправильно.
Её ученица…
Молодая, налитая жизнью ученица, которая уже совсем не девочка. Только сейчас, ощущая тепло её упругого тела, Энта понимала, сколь сильно ошибалась, принимая Ю за легковесную хохотушку, которая не чувствует ничего, кроме веселья и мимолётной грусти.
Её рука коснулась грудей Энты.
Тяжёлых, плотных грудей.
Белоснежный ноготок скользнул по…
Энта зажмурилась.
Прежде она не ощущала ничего подобного. Сладостное умиротворение…
Она просто ждала.
И молчала.
Горячее дыхание превратило в хижину в непоколебимую крепость. Вьюга будто бы заглохла, приуныла, отползла назад, притаилась для новой атаки…
Энта коснулась мокрых синих губ.
По вкусу они напоминали чернику.
Энта забыла себя и всё, что происходит, - попросту затонула в водовороте небывалого, поразительного чувства, случающегося с каждым человеком – если повезёт, конечно, встретить того самого зеркального двойника, который полностью понимает и чувствует твоё сердце…
Тогда же хижину окутал пронзительный рёв.
Казалось, он шёл прямо из-под земли, из самых её недр.
Энта и Ю резко отодвинулись друг от друга. Обомлевшие, разгорячённые, трепещущие.
Кто-то ревел на всю снежную пустыню.
Зверь? Мутант? Призрак?
- Мне это не нравится. Совсем не похоже на привычные шумы, - отдышавшись, придя в себя, сказала Ю.
- Согласна. Придётся выйти и посмотреть, в чём дело.
Они синхронно кивнули и стали собираться.
Если же им и суждено умереть в этой омерзительной вьюге, то они умрут без сожаления и долгих раздумий – попросту нырнут в самое пекло, будут биться до самого конца, пока дыхание не превратится в хрусткую ледяную лилию.
Энта накинула дорожный плащ, обложила его печатью пепельных доспехов, попутно зачаровав и одеяние Ю.
Та улыбнулась наставнице, зная, что теперь им не страшна никакая смерть.
Их питала тайная уверенность - чувство, незнакомое краю смертельного холода, ослепительного снега.
Собрав всё, что было, Энта спросила:
- Ты готова идти?
Не желая отвечать, Ю толкнула зачарованную дверь и впустила в хижину вьюгу.
Та заверещала, смешавшись с пронзительный глубинным рёвом.
- Смерть не так страшна, когда есть за что умирать, - рявкнула Энта и вбежала в снежное пекло.
Они оказались в сплошной белизне.
Никаких очертаний. Никакой ясности.
Мельтешащий снег. Визжащая земля.
И крик.
Глубинный, первобытный, убийственный.
От него закладывало уши, от него трепыхалось сердце.
Рассекая ладонями бездумно летящий снег, Энта пыталась обнаружить линию горизонта – и выявить источник невыносимого звука.
Быстрее, быстрее!
- Держишься? – спросила она Ю.
- Ещё как! – воодушевлённо рявкнула ученица, подавшись вперёд.
Снежная каша.
И вью, вью, вьюга.
Проныра.
Тварь.
Мерзейшая стихия.
Энта и Ю бежали прямо в неизвестность. Вьюга норовила обкусать лицо, вытравить из него тепло, но пепельные доспехи позволяли хоть как-то продержаться против сокрушительного врага.
Крик не унимался. Звенел на прежней мучительной ноте.
Энта призывала все свои таланты, чтобы выявить из белизны линию горизонта. Существо, изрыгающее шум, явно впереди, и чем дольше они бегут, тем ближе кажется крик.
Решив посягнуть на целость Шоха, Энта выставила вперёд ладони и образовала клубок янтарного огня.
Молниеносно вспыхнув, тот покатился прямо по снегу, растряхивая неизвестность.
Времени было мало. Секунды три-четыре, чтобы увидеть пронзительно воющее существо.
Энта напрягла внутреннее зрение.
Да.
Получилось!
Сначала из снежной пелены выступил крохотный силуэт, точно клякса, оброненная с перьевой ручки неба. Силуэт казался невероятно спрессованным – как он мог издавать подобные звуки?