У этого края есть свои жители?
И они все такие огромные?
- Но почему вы нас не убили? Мы были практически на грани…
- В этом нет смысла. Шох недружелюбен к людям, но безвинных не трогает. Другое дело, что уродец, пришедший извне, оказался слишком пронырлив и без какого-либо труда смог пережить вьюгу.
- Как такое…
- Не знаю. Судя по всему, его организм способен вынести любые природные условия.
- Вот же тварь.
- Я встречал уродца и прежде. Он часто навещал Шох – желал отыскать древние руны.
- Ему это удалось?
- Нет. Руны заключены внутри меня. Их не достанет никто. Древнее знание спрятано подальше от глупых человеческих рук.
Значит, ещё существуют заклинания, не изученные людьми?
- Скажите, Глыба: что это за ромб, плывущий с вами по воздуху?
- Это моё сердце. Оно обязано следовать за своим хозяином повсюду. Собственно, благодаря ему вы сейчас и живы… тепло же, да?
- Более чем.
Глыба присел на землю, точно старик, уставший стоять, и протянул Энте громадный палец.
- Добудьте из меня энергии, достаточной, чтобы совершить бескровную телепортацию.
- Это невозможно!
- При моей помощи – возможно. Я наделён предельными скоплениями магической энергии и не пользуюсь ими. Всё равно здесь практически никого не бывает…
- Вы ведь не подозревали, что Эйкику вымрет?
- Не подозревал. Уродец явился неожиданно и расправился с минортцами исключительно ловко. Я никогда не видел подобной мощи со стороны столь крошечного существа.
- Он похитил мою ученицу, Герду Прах.
- Герду… что?
Глыба затрясся в сильной тревоге.
- В чём дело? – спросила Энта.
- Прах… я знал одного человека с такой фамилией. Он приезжал сюда неоднократно… обложенный пепельными доспехами, искал одну конкретную могилу…
- Его звали не Гектор?
- Да. Но почему звали?
- Он погиб. Его убил канцлер Треус.
Глыба опустил голову и, казалось, всхлипнул. Немного помолчав, продолжил:
- Скорбную весть принесла мне ты, колдунья. Впрочем, ежели Гектор мёртв, я могу быть спокоен.
Энта не верила своим ушам.
- Как ты можешь быть спокоен!
- Он хотел отыскать то, что не предназначалось людям.
- Всего лишь могилу – одного из бывших товарищей, наверное…
- Нет. Он искал могилу асхардской хранительницы.
Быть такого не может.
Гектор хотел попасть в Асхарду?
Но для чего?
На него это совсем не похоже.
- С чего вы взяли, что он искал именно это? Может, прибыл за древними рунами, а вы предположили, что…
- Он сам рассказал мне об этом. Гектор знал, где я нахожусь, и отправился под землю, чтобы выпросить моё согласие.
- И вы отказали?
- Разумеется. Асхарду нельзя отпирать. Иначе случится… непоправимое.
- Можете мне этого не рассказывать. Знаю не понаслышке.
Энта потупила взгляд.
- Именно поэтому ты лишена глаз? Потому что увидела то, что нельзя видеть никому?
- Да.
- И можешь ли ты забыть увиденное?
- Не способна. Те места вопят у меня под кожей. Те места навеки в моей крови.
- Стоило увиденное того, чтобы терять глаза и не видеть мира людей?
Энта колебалась с ответом.
Глыба выжидал.
- Пожалуй, стоило, - нерешительно прошептала Энта и ударила кулаком по снегу. – Я была слишком любопытна…
- Но как ты попала в Асхарду, не отперев врат?
- Я раскопала могилу одного из тех, что проник туда ещё шестьсот лет назад. Могилу Родерика Крома, некроманта и совершенного мага преобразования. Призвав его зыбкий призрак, я обманула мертвеца и перенесла своё сознание в его плоть. Так, собственно, и попала в…
- Почему ты всё ещё жива? За подобное, насколько мне известно, лишают жизни в каждом из государств.
- Я утаила правду от людей. До сих пор ношу её под сердцем.
Разгорячившись, Энта не заметила, что Ю давно проснулась и теперь смотрела на неё опустошёнными глазами.
- Ты… знаешь, что скрывает Асхарда? – вырвалось из тонкого девичьего горла.
Энта вздрогнула.
Уже поздно отмалчиваться.
Вся правда вышла наружу.
И на сердце, как ни крути, стало легче.
- Да… я знаю, что скрывает Асхарда, но не могу описать это словами. Человечьи языки слишком примитивны для подобной математики…
- Математики? – спросила Глыба. – Почему ты произнесла именно это слово?
- Потому что увиденное нельзя осмыслить речью, лингвистикой.