— Дилдо? — уточнил я, кладя ногу на ногу. Еще не хватало, чтобы дочь разглядела мою эрекцию.
— Наверное. Я… я не разбираюсь. И эта девочка… Получается, это было учебное видео, она как бы показывала, как правильно… Ну… ласкать его. Ротиком.
— Ротиком? — я буквально задохнулся от представшей в моем воображении картины.
— Ага. Сначала язычком, потом губками. А потом… она начала брать его все глубже и глубже, и..
— И? — я в нетерпении подгонял доченьку.
— И… видео закончилось. Неожиданно прервалось, не знаю, там разрыв соединения наверное произошел, Интернет в библиотеке нестабильный, вот я и не досмотрела…
Я изучающе смотрел на Настю и молчал. Она, вся красная от стыда, смотрела в пол и теребила низ своей блузочки. Мне ужасно не хотелось, чтобы Настя продолжала свои эксперименты в библиотеке — кто знает, на что она там может наткнуться. Лучше уж дома, под присмотром.
— Таак… Ну смотри, родительский контроль с твоих гаджетов я точно не сниму, даже не проси. Но… Если тебе уж прям так невтерпеж… То… Можно. Но только одно видео! И только один раз!
— Один раз? — переспросила доча и посмотрела на меня своими огромными, как горные озера, голубыми глазами. Эти бездонные озера…
— Нууу… Один раз в день!
«Ну конечно, Настя хочет, чтобы это стало регулярным… Ох, какой ужас, я, фактически, толкаю к разврату собственную дочь!» — думал я. Настя тем временем улыбнулась.
— Спасибо, папочка! Но… Как я выберу первое видео, если мне можно смотреть только одно?
— М-м… А давай сейчас подумаем, какой запрос написать в поисковике? Возможно, ты хочешь досмотреть одно из тех видео, которые ты нашла в библиотеке?
— Хочу, но… Пап, так будет нечестно! Ты сказал одно целое видео, а получится половинка! Если я буду досматривать! К тому же, я не помню, что именно забила тогда в поиске…
— Тогда как насчет самых азов? Легенькое порно, где… ну, нет ничего такого?
— Совсем ничего? Нет, просто эротика не подходит! Мне нужно, чтобы… Чтобы это был настоящий секс!
— Прям вот настоящий?
— Ага… — доча снова покраснела щечками. — Я ведь уже взрослая, пап, — напомнила она.
— Так… То есть тебе принципиально увидеть… сам процесс, без цензуры, так сказать? — уточнил я.
— Ну… По крайне мере это не должно быть имитацией.
— Тогда… как насчет хентая? Там есть цензура, но это именно секс, со всеми причитающимися моментами.
— Что еще за хентай? — Настя недоуменно посмотрела на меня.
— Нууу, это мультики. Для взрослых! Обычно японские, хотя, вроде и другие страны его тоже выпускают.
— Мультики? — дочь, похоже, заинтересовалась. — Я думала, что они только для детей. А там… Прям все показывают? Они компьютерные или рисованные?
— Рисованные обычно, хотя есть и компьютерные. Показывают-то все, но… Замазывают квадратиками.
— Как это? Сначала рисуют, а потом замазывают?
— Ну да. Такие у них там в Японии правила. Для сохранения общественной морали они цензурят порно.
— Ну, для начала наверное можно и такое, — решилась дочь.
— Отлично! Что будем смотреть?
— Не знаю, — растерялась Настя. — Что-нибудь… для начинающих.
— Отлично, так и напишем в поиске! — я включил телевизор и зашел в браузер. Долго не думая, я вбил в окошко «хентай половое воспитание». Первая ссылка выпала под названием «уроки изучения полового созревания». Вроде такой я еще не видел. Я уже хотел было кликнуть на ссылку, как вдруг доча соскочила с диванчика.
— Сейчас, подожди, я принесу флешку!
— Постой, зачем тебе флешка?
— Ну, я скину на ноут и буду смотреть в своей комнате…
— Почему в своей комнате? На телевизоре же удобнее! Тут экран больше, диван со спинкой, комфорт. К тому же, здесь все под контролем, если вдруг на видео будет что-то… Что тебе нельзя еще смотреть, то я быстренько остановлю воспроизведение!
— Что, например? Пап, это же порно!
— Ну, вдруг они там будут заниматься истязаниями? Всякие избиения и т. д. — такое тебе точно рано!
Девочка вздохнула.
— Значит, мы будем смотреть это видео вместе?
— Ну да. А что, ты стесняешься меня?
— Пап! Я ведь не только хотела посмотреть порно, но еще и… еще… Ну, в общем что люди обычно делают во время просмотра порнофильмов?
— Э-э… — я вдруг понял, о чем говорит Настя, и меня прошиб холодный пот.
— Да, пап! Именно «Э-э»! Разве можно, чтобы родной отец смотрел, как его дочь… Его дочь… — она снова вздохнула. — Пап, пожалуйста!