Не получится скрыть от Волан-де-Морта Виросочку. Единственное, что может даровать ее любимой малышке выживание в черном страшном мире - ее отточенные навыки, ее обширные знания. Чтобы она была полезна Темному Лорду.. чтобы собственный отец счел ее достойной его тайн и его круга.
Вот, что поняла мисс Навелюкс, стоило ей впервые за столько лет встретиться с тем, кого она знала молодым и красивым, сильным и хитрым. С тем, кто носил когда-то человеческое имя - Том Реддл, с тем, кто отныне утратил свои прекрасные черты, превращаясь в чудовище, от которого за версту тянуло смертью и кровью, будто черная простая мантия была сшита из сгнивших жил его врагов.
Тенеба появилась в маноре Малфоев, как и было условлено, в последний день рождественских каникул, оставив Виросу дома одну, собираться в школу. Пожилую ведьму проводили в гостиную, усадили в кресло, предложили чай. Миссис Малфой была бледнее снега на улице, а мистер Малфой непривычно молчалив и холоден. Как только мисс Навелюкс оказали все необходимые по чину почести, ее оставили одну, дожидаться того самого сильного мага, который был заинтересован в возможности обернуть время вспять.
Спустя пару мгновений тишины, двери в помещение открылись вновь, пропуская внутрь высокую, скользящую по полу, словно ожившая тень, фигуру с неестественно бледной кожей и змеиным разрезом глаз, а вместо носа у него были два вертикальных отверстия. Будто неправильно сработало заклинание трансфигурации, и маг застрял где-то между обликом человека и гигантской рептилии.
Он ступал бесшумно босыми ногами по прохладному полу, напоминая крадущуюся змею прямо перед броском на мелкую мышь. Мисс Навелюкс выпрямилась, напрягая челюсти. Ведьма никому не позволит допустить мысль, что она какой-то жалкий зверек, которого можно запугать одним видом (хотя сердце истерично трепетало в груди, будто птичка, которую схватили за горло длинными ледяными пальцами).
У Волан-де-Морта были кроваво красные радужки с длинным вертикальным зрачком, который уловил эту перемену в настроении пожилой ведьмы. Белые тонкие губы едва заметно дрогнули, намечая снисходительную ухмылку, мол, храбрись, пока есть на это силы.
Он ее не узнал.
Темный Лорд не вспомнил Тенебу, с которой проводил несколько лет своей молодости. Хотя чему тут удивляться. Мисс Навелюкс сильно изменилась за последние десятилетия. Растолстела, постарела, черные волосы покрылись сединой, а колкий болотный взгляд притупился, теряя свою жгучесть.
Волан-де-Морт опустился в кресло напротив гостьи, плавно вытягивая длинные руки на подлокотники. Он чуть откинулся на мягкую спинку, последний раз смерив ведьму тяжелым изучающим взглядом, перед тем как начать:
-Добрый вечер, мадам.
-Здравствуй, - мисс Навелюкс хмыкнула, наклоняя голову. - Ты правда не помнишь меня?
Волан-де-Морт, не ожидавший такой наглости, слегка нахмурился, напрягаясь всем телом. От былой напыщенности ничего не осталось, теперь в воздухе сквозило предупреждение. Однако Тенеба без страха смотрела прямо в красные нечеловеческие глаза, проверяя, неужели, он и правда все забыл. Стер из своей памяти те года, которые принесли столько опыта, опасностей, веселья и пользы для небольшой компании темных волшебников, которые путешествовали по миру, изучая страшные магические тайны.
-Мое имя Тенеба Навелюкс, - произнесла пожилая ведьма, думая о том, что Темный Лорд не вспомнил Педриуса Диспара, когда тот заявился к нему со своими требованиями.
-Разве мы были знакомы, мисс Навелюкс? - тихо произнес Волан-де-Морт, превращая свои глаза в две щели.
-Вот значит как.. - дама шумно вздохнула, чуть отворачиваясь.
Это было неприятно. Конечно, они не были такими уж близкими друзьями, да и вообще друзьями назвать их было сложно. Однако, преодолев столько удивительного бок о бок, забыть друг о друге все.. даже имена.. Тенеба свела брови к переносице, скрипнув зубами. А не обманулась ли она? Разве перед ней сейчас сидит Том Реддл? Тот темноволосый красавчик, который был умен, словно ворон, и хитер, словно лис? Даже голосом, сидящий перед ней маг, больше напоминал большую змею, которая выучила слова людей, но никак не того, кто говорил когда-то твердым и жестким, приказным тоном.