В голове Реддла все должно было произойти так: далеко не любой студент способен отыскать тайную часть Хогвартса, а тот, кто сможет - будет самым способным из всех чародеев в школе. С помощью этого волшебника Том хотел выяснить обстановку в мире - получилось у него все исправить, или же Волан-де-Морт проиграл в первый раз. Если бы студент поведал, что Темный Лорд не сумел избавить волшебный мир от грязной крови, то эта часть души принялась бы понемногу вытягивать из юного волшебника силы, обретая мощь - возвращая Волан-де-Морта к жизни.
Но, как это обычно и бывает, судьба громко посмеялась над всемогущим темным магом, в очередной раз доказывая свое главенство над всеми живыми существами. Летний лес внутри Крестража был вечнозеленым, вечно живым и вечно одинаковым. Ни одна птица здесь не умирала, ни одна травинка не начинала желтеть, не было дождя или тумана, даже солнце замерло на одном месте, играя лучами на камнях гигантских скал. Поэтому и времени здесь не было. Здесь ничего не было, и Том с этим быстро смирился. Он умел ждать.
Как вдруг, однажды лес изменился на пару мгновений. Кроны качнулись, горы дрогнули, а птицы сменили линии полета. Вдалеке появилась хрупкая фигурка. Том был удивлен, наблюдая за тем, как некая девочка веселиться в его лесу. Потом она пропала. Реддл мучился вопросами, была ли она настоящей или это лишь мираж, который начало рисовать его уставшее от однообразия сознание. Позже она появилась вновь, ровно на том же месте. Девушка, не тратя времени, бросилась к нему, словно узнала, но тут же исчезла.
И это повторялось, наверное, бесконечное количество раз. Том не был уверен в том, что именно происходит, но догадывался о магии замка. Возможно ли, что девушка, которая так отчаянно пытается до него добежать, еще не нашла Крестраж? Есть ли шанс, что тиара все так же спрятана в Выручай-Комнате, а юная волшебница неким загадочным образом прорывается сквозь толщи магии, проникая поближе к душе Волан-де-Морта?
Когда юной особе удавалось подобраться совсем близко, Том начал распознавать ее черты. Девушка кого-то ему напоминала. Кто-то очень родного и близкого. Ту, у которой был такой же нежный взгляд, та же приятная улыбка, точно такая же хрупкая худая фигурка. Движения и жесты, походка и мимика, все это было до боли знакомым ему. И распознать Амараморту Дасадити в молодой девушке получилось в тот же момент, когда волшебница, наконец, дошла до него, буквально падая на широкие плечи.
Дочь Амары с его чертами лица. Его дочь в его Крестраже. Дрожь пробила тело. Том принялся отрицать очевидное, до безумия желая увидеть девушку вновь. И когда она появилась, сердце, которого у части души быть не должно, застучало сильнее. Это точно была его кровь и плоть, его девочка, которая поддалась магии Хогвартса, смогла найти эту проклятую тиару, разрушая тем самым идеальный план Волан-де-Морта.
Он не мог ее убить. Даже взамен на свое воскрешение. А когда узнал, что Амара погибла, терзался жаждой приказать дочери отдать тиару кому-нибудь, чтобы поглотить другого волшебника, вылезти из этого осточертевшего леса. Чтобы явить миру гнев величайшего мага.. Чтобы присматривать за доченькой.
Вироса-де-Кута выглядела хрупкой, маленькой девочкой в его глазах, и у него никак не получалось преодолеть тягу к своему ребенку. Какая же это была глупость. Волан-де-Морт отрекся от любви, вычеркнул любую мысль о том, что эти чувства могут существовать. Однако именно эта часть души была, как оказалось, самой мягкой, самой податливой. Потому что именно в минуту создания этого Крестража он.. Том Реддл любил. Закрывал на это глаза, отмахивался, но сейчас, глядя на свою дочь, он скрипя зубами признал, что любил Амараморту. Ведьму, которая никогда не опускала при нем взгляда, которая искренне улыбалась ему и от души помогала. Он любил все ее черты, все проявления ее характера, просто никому и никогда, даже себе не позволял произнести эти слова.
“Дети - это продолжение любви” - однажды сказала Амара, и Том тогда не понял этой фразы. И злость брала от того, что осознать в полной мере смысл такого просто выражения получилось так поздно.
-Отец! - Вироса-де-Кута возникла неожиданно близко, вырывая своим голосом из раздумий. - У меня есть к вам вопрос.