Ехидной ухмылки как и не бывало, вместо этого губы лисички плотно сомкнулись, превращаясь в тугую нить. Худое тело напряглось, и тонкие пальцы плотнее сжали волшебную палочку. Неужели никто больше этого не заметил? Фред обернулся по сторонам. Никто. Только он видит, как загораются ненавистью его любимые темно-карие глаза, как радужка медленно окрашивается в красный оттенок, пока дура-Джонсон нахальной походкой, медленно шествует в центр зала.
Вироса-де-Кута - аккуратная, хрупкая девушка, еле сдерживает яростную бурю, которая с каждым стуком каблуков Анджелины завывает все сильнее. Кажется, такого Фред еще не видел. Ядовитый, смертельный гнев, который волнами исходил от его нежной лисички, с размаху влетел в зеркальные стены, гудя, поднимаясь к арочным сводам. Левитирующие свечи дрогнули, пока все смотрели на то, как приветствуют друг друга две соперницы перед дуэлью.
Глава 22 Резкий, быстрый взмах
Поклон. Палочка перед лицом. Резкое движение наотмашь в сторону. Разворот. Десять шагов. Поворот. Стойка.
Этикет дуэли прививали с самого детства, как только Виросочка смогла правильно держать в руках волшебную палочку. Мама внимательно следила за каждым движением девочки, останавливая ее, поправляя, заставляя начинать сначала. Простой магический бой сильно отличался от дуэльного. В первом можно было ни о чем не заботиться, применяя все доступные проклятия, устраивая подлянки и перемещаться в любом направлении, используя все подручные средства. Во время дуэли же все было по правилам.
Движения сковываются определенной территорией, позволительно использовать только чары ближнего боя, не применяя силу к окружающему пространству. Нельзя колдовать сложную черную магию, нельзя пользоваться амулетами или пространственными чарами. Запрещены также фамильяры и некромантия. Использование щитов также контролируется - нельзя накладывать защиту до поединка или ставить так называемые “постоянные доспехи”, которые невозможно расколдовать во время короткого дуэльного боя.
Все эти правила и обязанности участников Вироса-де-Кута знала наизусть, ощутив на себе наказание за нарушение запретов. Мама была предельно строга в отношении магических боев. Она четко разделяла, когда Виросочке можно пользоваться всем своим арсеналом знаний, а когда она обязана соблюдать дисциплину. Дуэльная практика была каждую неделю, и занимала несколько часов чередующихся боев.
Таким образом Вироса, которая предпочитала темную магию обычной дуэльной, приучилась подстраиваться под ситуацию, моментально принимая верные решения для победы над своим соперником. Конечно, во время ее обучений чудес не происходило, и выиграть дуэль у мамы не представлялось возможным. Но девушка предпочитала думать, что ее проигрыши связаны лишь с тем, что она не в состоянии в полную силу сражаться против родного человека (хотя, кажется, маме или крестной этот момент никак не мешал).
Однажды, когда Тенеба гостила у Дасадити, Виросе выпала уникальная возможность - понаблюдать за дуэлью двух сильнейших темных ведьм. Это было завораживающее зрелище. Дамы двигались с такой скоростью, что глаза с трудом различали, кто и какое заклинание колдует. Цветные лучи разрывали воздух, заряжая искрящейся энергией все вокруг. Щиты трещали и разлетались полупрозрачными осколками в разные стороны, яркие магические молнии резали пространство, ударяя друг в друга. Но самое прекрасное во всем этом были лица двух волшебниц - они улыбались. Счастье и радость от короткой схватки полыхала румянцем на их щеках и лбах, блестящие глаза светились от удовольствия, будто прямо в момент дуэли у обеих дам сбываются самые заветные желания.
Сейчас улыбки на лице Виросы не было, как не было и счастья в глазах. Злой туман окутал всю ее фигуру, словно она готовилась не к дуэли, а к последнему бою не на жизнь, а на смерть. Начальный поклон приветствия дался с большим трудом, девушка не могла найти в себе даже крохотную каплю уважения к стоящей перед ней мерзкой особе. Джонсон была той, с которой хотелось провести совсем не дуэль, не поединок ради разминки, а самое настоящее боевое сражение. В котором не будет места правилам и рамкам, где она смогла бы использовать самую темную и ужасающую магию, что сожрала бы шумную, безосновательно зазнавшуюся гриффиндорку, сжигая ее душу изнутри.
Именно с такими чувствами мисс Дасадити подняла руку, наставляя острый кончик палочки на лохматую девушку в противоположном конце зала: “Уничтожить дрянь.”
-Остолбеней! - выкрикнула Джонсон, делая кривое, неказистое движение рукой.