-Разве выбор предмета так важен? - девушка тоже замерла, удивленная таким заявлением (кажется, отец неправильно ее понял, посчитав, что эти расспросы начались из-за того, что Вироса хочет создать собственный Крестраж).
-Разумеется! Неужели ты станешь запечатывать себя в какой-то мусорной безделушке?!
-Я, конечно, очень извиняюсь, отец, но ваша тиара.. Как бы это сказать. Разве она не “какая-то безделушка”?
-И чему вас сейчас только учат?! - радужки мигнули красным. - “Безделушка”? Это диадема Кандиды Когтевран! Одной из основательниц Хогвартса!
-Вот как.. Прошу прощения, я не знала.
По большому счету, Виросе, на самом то деле, не было особо стыдно за свое неведение. Корона не выглядела особо ценной, а если это и правда украшение одной из великих волшебниц прошлого, то почему она в таком отвратительном состоянии? И вообще, какое дело, скажите на милость, иностранке приехавшей в Хогвартс всего на один учебный год, до странных (и по своей сути бесполезных) предметов, принадлежащих когда-то местным главам факультетов школы?
Все, что действительно хотела выяснить, девушка узнала - Крестраж и правда может быть человеком. Вот тут то все и встает на свои места. Некий темный маг, что терроризировал Британию, по собственной глупости и неосторожности создал Крестраж в виде человека - Гарри Поттера. Не таким уж великим, получается, был этот чародей, если не смог справится с собственной душой, случайно заключая ее в теле мальчика, которого намеревался убить. Вот вам, пожалуйста, и Авада Кедавра, которая (на самом деле) верно сработала, просто убила она не младенца, а тело мага, активируя тем самым заклинание Крестраж и отправляя часть души прямиком в Поттера.
Какая глупая ошибка! Быть таким могущественным, держать в страхе всю волшебную часть Великобритании, наводить ужас одним лишь своим именем, и погибнуть от собственной магии. Этот неосторожный маг не просто собственноручно спас того, кого намеревался погубить, но и подарил часть своей души, что похоже уже сплелась с душой мистера Поттера, даря тому некие особенности колдуна, например парселтанг (змеиный язык, которым гриффиндорец точно не мог обладать с рождения).
Вироса-де-Кута весело хмыкнула, пытаясь представить лицо могущественного и ужасного мага всея Британии, когда тот осознал, что сотворил: “Что же за самонадеянный глупец? Вот мой отец точно бы на такое не попался!”
***
Апрель встретил студентов горячим солнцем и нежным легким ветерком, что небрежно игрался с длинными черными мантиями учеников. Внутренний двор был многолюден, даже любители мрачных и прохладных подземных коридоров - слизеринцы - выбрались на свежий воздух, подставляя лица ярким лучам.
Вироса-де-Кута в обществе своей неизменной подруги мисс Винтербир заняли место на каменной скамейке, прикрыв глаза, улыбались прекрасной погоде. Рядом, постелив на траве зеленый плед в серебряную полосочку, устроились Кассиус и Пьюси, громко споря о стратегии на следующий квиддичный матч Слизерин-Пуффиндуй (хотя до него еще оставалось больше месяца ежедневных тренировок). Паффиан задумчиво вышагивал перед скамейкой, держа в руках учебник по нумерологии. Мистер Винтербир был одним из немногих, кто даже в такой прекрасный день предпочел учебу отдыху, хмуря брови и внимательно вчитываясь в заданный параграф.
Чуть в отдалении в компании своих.. друзей?.. сидел хмурый и мрачный, как одинокая туча на чистом небе, мистер Малфой. Драко недовольно пинал носиком кожаного ботинка зеленую траву, буравя землю ледяным взглядом. Вот у кого, кажется, жизнь никак не может наладиться - так это у младшего наследника чистокровной английской семьи.
После того случая, когда Виросе посчастливилось подслушать сообщения от отца Драко у кромки защитного купола школы, молодой человек никаких новых заметных или странных действий не предпринимал. То ли Малфою наскучило гоняться за неуловимым золотым Мальчиком-который-(теперь понятно как)-выжил, то ли он уже достаточно выяснил, чтобы, наконец-то, отстать от Поттера.
В любом случае, Вироса-де-Кута так и не смогла сблизиться со слизеринцем, как ей намекнула сделать крестная. Стоило вспомнить о Тенебе, в груди неприятно кольнуло. Девушка очень давно не писала писем, погрязая в своих школьных делишках, да и от крестной тоже не было вестей. Кажется, пожилая ведьма смогла найти для себя какое-то увлекательное занятие, кроме как бесцельно слоняться по огромному манору, от безделья крича на домовух и по сотому кругу перечитывая старые потрепанные книги.