-Но полагаю, ваша матушка, все таки, рассказывала вам про него?
-Она говорила, что он был удивительным магом и невероятно мудрым человеком.
-Вот как, - будто не поверив, хмыкнул Дамблдор. - Однако вы должны понимать, что слова бывают лишь субъективным мнением конкретного человека, а не объективной правдой. Вам еще только предстоит сложить свое личное мнение о, получается, совершенно не знакомом вам колдуне. Может ли быть такое, что ваша мама была всего-навсего очарована этим магом, не зная его истинной натуры?
-Моя мама была удивительной и сильной ведьмой, вряд ли, кому-то под силу было наложить на нее любовные чары, если вы говорите об этом, - вставая в глухую оборону, твердо произнесла Вироса-де-Кута.
-О, нет-нет, я совсем не это имел в виду. В нашем мире существуют такие люди, которые умеют склонять окружающих на свою сторону, без магии, используя свое природное обаяние, сладкие речи и пламенные обещания. Против такого не устоит даже сильнейшая ведьма. А если, как я подозреваю, ваша мама говорила только хорошее, то это наводит на определенные мысли..
-На какие же?
-Миссис Дасадити шла за вашим отцом вслепую, оставляя в памяти лишь крупицы хорошего, не запоминая всего остального. Вы же не обязаны верить в то, что он был чистым и невинным. Составьте собственное мнение о чужом для вас человеке.
Профессор замолчал, чуть отворачиваясь, как бы давая девушке немного свободного места. Помогало так себе. Старый маг уж слишком явно склонял юную мисс Дасадити к тому, что ее отец не являлся таким уж светлым и чистым, как говорила о нем мама. Это злило. И тут же осознание - Альбус Дамблдор знает. Знает ее отца! Иначе и быть не может!
Директор уже залезал к ней в голову, вызвал к себе, сводя весь этот разговор именно к обсуждению ее папы. А что же до самого отца, точнее его части души, заключенной в тиаре - он, узнав об этой встрече, тут же принялся учить девушку новым, сложнейшим защитным чарам. Паззл понемногу начал складываться. Вот почему отец не любил говорить о профессорах, потому что среди них был Дамблдор, с которым у него явно были натянутые и сложные отношения. Вот почему директор так спокойно заявляет, что ее папа совсем не тот, каким его представляла себе Вироса-де-Кута.
Кому верить? Маме, которая рассказывала только хорошее, никогда не называя имени папы? Отцу, который так и не объяснил истинной причины, почему он решился заключить свою душу в Крестраж? Альбусу Дамблдору, который не говорил прямо, что знает родителя Виросы лично?
В голове чуть поплыло от всех этих взрослых игр в молчанку. Если бы отец правда был идеальным человеком, маме не было бы нужды скрывать его имя. Если бы он никого и ничего не боялся (как каждый раз голосит часть его души), он не создавал бы Крестраж. Если бы папа был великим человеком, Дамблдор не стал бы настраивать девушку против него.
Все правильно? Или опять нет?
-Прошу прощения, сэр, - взяв себя в руки, произнесла леди Дасадити. - Если это все, что вы хотели со мной обсудить, я бы предпочла отправиться в комнату. Завтра много занятий.
-Разумеется, - профессор вернул на девушку теплый взгляд, указывая рукой на дверь. - Отдыхайте, силы вам действительно понадобятся.
Вироса-де-Кута вежливо попрощалась, покидая чудной кабинет директора.
***
Утро было вялым и не расторопным, как, собственно, и обычно. Слизеринки собрались на выход, чтобы отправится на завтрак, и леди Винтербир, по своему обычаю, взяла подругу под руку. Вироса украдкой бросила короткий взгляд на свой чемодан, в котором покоилась старая диадема.
Изначально девушка планировала рассказать отцу все подробности ее встречи с директором сразу по возвращению в спальню. Однако сомнения, что умудрился поселить в ее голове Дамблдор, заставили юную волшебницу отложить этот разговор на потом. Сначала необходимо было привести все мысли в порядок.
У Большого Зала было не протолкнуться. Толпа разношерстных студентов топталась у входа, нервно перешептываясь и озираясь на плотно закрытые большие деревянные двери. Общее настроение угадывалось моментально - негодование и раздражение. Море голодных, не выспавшихся подростков вынуждены были ждать, когда им позволят пройти в Большой Зал и приступить к завтраку.
-Нас решили голодом заморить или что? - фыркнул знакомый голос Драко.
-В первые в жизни согласен с Малфоем! Пустите на завтрак! - рыжеволосый Рон Уизли гневно сжал кулаки, топнув ногой.
-Наверное, что-то случилось.. - задумчиво произнесла Кудряшка-староста. - Но почему нас не поставили в известность?