-Убедился? - самодовольно хрюкнула мисс Навелюкс, закидывая ногу на ногу. - Сказала же. Она твоя плоть и кровь.
Волан-де-Морт некоторое время смотрел на блеск в чаше. Его лицо ничего не выражало, лишь в кровавых радужках переливались мысли. Эта юная девушка на самом деле его.. дочь. Осознание пришло, но не торопилось заходить, топчась у самого порога. Как прикажите открыть ему дверь, если такого гостя точно не ждали. И не особо то ему и рады, если говорить откровенно.
-Как придет в себя, приведи ее ко мне.
С этими словами Темный Лорд вышел из комнаты, закрывая за собой дверь (с помощью волшебной палочки, естественно).
Ему.. хотелось что-то сделать. Выпустить наружу все то, что смешалось внутри в непонятный, многослойный коктейль. Как, говорите, звали того мороженщика? Волан-де-Морт самолично явился в темницу. Хвост тут же вскочил с места, пискляво что-то произнося. Жирный и неопрятный предатель своих школьных друзей хорошо послужил своему господину прошлым летом. Он отдал свою руку, провел Ритуал для возвращения Темного Лорда к жизни и теперь имеет место в рядах его слуг.
-Это Флориан Фортескью, владелец кофейни в Косом Переулке, мой Лорд, - пропищал Хвост.
Черный господин знать не знал о том, кто такой этот Фортескью. Ровным счетом ему было плевать на жалкого смертного, поэтому то он и отдал его Нагайне в качестве обеда. Змея свернулась кольцами в самом дальнем холодном углу камеры, мирно спала, пока не учуяла хозяина.
-Почему ты не стала его есть? - прошипел Лорд на парселтанге.
-В нем течет кровь Маледиктус, - неторопливо ответила Найна. - Его кровь пахнет этим проклятием.
-Так значит, кто-то из твоих предков мог обращаться в змею? - обратился Волан-де-Морт к пленнику.
-Возможно, прабабка могла, - сухим голосом ответил Фортескью.
Мистер Фортескью был скучным на вид, обыкновенным магом в годах, от которого смердило запекшейся кровью и сыростью, которую он успел впитать, сидя в темнице.
-Польза от тебя какая-нибудь будет? - с хищной улыбкой произнес Лорд.
Чародей настойчиво молчал, без страха взирая на пленившего его колдуна. Волан-де-Морт пожал плечами, демонстрируя свое отношение к идиотизму мороженщика, поднял руку с палочкой.
-Потомок Маледиктус, говоришь, - шепнул черный чародей и вновь плотоядно улыбнулся. - Так тому и быть.
Древко крутанулось в его длинных пальцах, позволяя Лорду грубо ворваться в голову владельца кафе. Там было много удивительных фактов. Волан-де-Морт внимательно пролистал самые интересные: о дарах смерти, о бузинной палочке и об артефактах, что некогда принадлежали основателям Хогвартса. Мороженщик был, видимо, любителем истории и много читал о прошлом, однако своими обширными знаниями он более блеснуть не сможет.
Волан-де-Морт вновь повернул в ладони палочку, вытягивая все, что хранилось в темноволосой голове. Мысли легким голубоватым свечением вытекли наружу, оседая на кончике древка. Лорд небрежно смахнул их на пол, позволяя испариться, словно снегу на ярком солнце. Мистер Фортескью уже даже и не помнил своего имени, глупо озираясь по сторонам пустыми глазами.
-Почтим память твоей прабабки, - издевательски хихикнул Волан-де-Морт, еще раз занося над мороженщиком волшебную палочку.
Темный Лорд покинул темницы под нервирующий звук стучащих друг об друга зубов низкорослого Хвоста. Слуга согнулся так, что его жидкие волосы смогли коснуться каменной кладки пола. Из дальней камеры на прощание послышалось радостное шипение Нагайны.
Глава 29 Наконец-то, добился успеха
Альбус Дамблдор, наконец-то, добился успеха в своих поисках. Хотя, если так подумать, это было достаточно логично и стоило, наверное, с этого начать. С дома Мраксов.
Волан-де-Морт создал Крестраж, спасая свою жалкую жизнь от всепоглощающей смерти. Он заключил часть своей души в фамильное кольцо Мраксов, конечно же. И, о, какая неожиданность, спрятал такую ценность в доме своих предков.
Великий (как принялись считать другие - светлый) маг вышел из перекошенного, разрушенного строения, держа (с помощью волшебной палочки, конечно) перед собой золотое кольцо с черным ромбообразным камнем. Дамблдор поднес реликвию ближе к лицу, рассматривая чудную печать на острых гранях кристалла через очки-половинки. Вдруг уголки губ старого колдуна поползли вверх, а у светлых глаз смялись задорные морщинки. Альбус фыркнул, затем еще раз чуть громче, а следом и вовсе расхохотался во весь голос, хватаясь свободной рукой за живот.
-Идиот! - сквозь гогот выплюнул Дамблдор. - Как же ты идиот, Том!