-Мое имя Лорд Волан-де-Морт!
Все, что успела Тенеба, это увидеть длинный взмах - последняя черта древней руны. И забавная последняя мысль о том, что странно, почему Авада Кедавра - дарующая моментальную безболезненную смерть - находится среди непростительных заклинаний. А то, что использовал сейчас Темный Лорд - нет.
Ведьму сдавило, словно гигантским прессом. Она чувствовала, как внутри хрустят и крошатся кости, кажется, какой-то орган не выдержал и лопнул, обжигая внутренности новой волной боли. Она не могла пошевелиться, не могла сделать и вдоха. Перед глазами пролетали вся та сотня защитных заклинаний, что она могла использовать и без палочки, но ни одно не срабатывало против подобной жути.
Только если кто-нибудь снаружи, хоть кто-нибудь.. использует контр-заклятие.. “Умоляю..” - на последнем издыхании подумала древняя чистокровная ведьма, которая всегда, вроде как, была страшной и мощной.. Вроде бы, она всегда справлялась со всем сама..
Или про кого это она все время так думала?..
***
Толстое тело с грохотом свалилось на мраморный пол. Болотные глаза все еще были открыты и в них читалось сожаление. Рот перекосило и нижняя губа неестественно раздулась. Сломанный в нескольких местах позвоночник уродливо оттопыривал дорогущее платье, украшенное тонким черным шелком. Ухо, прижатое к полу начало кровоточить, окрашивая холодный камень в багряный цвет.
Волан-де-Морт выпрямился. Его лицо тут же потеряло всякие эмоции. Старуха у его ног была куском протухшего мяса, как, собственно, и все остальные люди. Тенеба всю жизнь строила из себя непойми кого, сейчас он это хорошо припоминал. Мисс Навелюкс так гордилась своим природным талантом к магии, так кичилась своей чистой кровью, своим громким именем.
И вот, что он нее осталось. Дряхлая оболочка, у которой уже много лет даже болотного цвета глаза уже не сверкали, не излучали магию. Темный Лорд чуть наклонил голову в бок, рассматривая мертвую ведьму. И пока он всматривался своими ядовитыми алыми глазами в изуродованное смертью лицо, ему четко вспомнилось то, из-за чего он всегда терпеть не мог Тенебу:
-Значит, не сможет полукровка стать сильнее чистокровной колдуньи? Да? С-старая подр-руга-а, - он дернул носом, отворачиваясь от мерзкого зрелища.
Всем бесполезным ему место в земле.
Щелчок пальцев, в разрушенном зале появился местный домовой эльф. Существо пало ниц, завоняло ужасом и страхом смерти. Перед тем, как выйти, Волан-де-Морт приказал эльфу избавиться от тела и привести помещение в порядок.
Как только дверь закрылась, за спиной послышались быстрые магические движения. Разруха устранялась, вазы восстанавливались, и люстра вновь собиралась воедино. Стирая любое упоминание о том, какой это был лютый бой магов.
Темный Лорд устал. Это было странное, отчего-то слишком изматывающее сражение. И после собственной победы в груди не полыхало прекрасное чувство насыщения, там билось что-то.. неприятное. Темный маг скривил губы, гоня липкого слизня прочь из-под ребер.
На улице, совсем рядом у главного входа в манор послышался хлопок аппарации.
-Девчонка вернулась, - прошипел Волан-де-Морт, бросая быстрый взгляд на закрытые двери главного зала.
Он тут же себя одернул. И что с того, если эта малявка увидит тело своей крестницы? Его не волнует ее реакция, в конце-концов, он так и не признал эту девушку своей дочерью.
Никогда не признает.
Глава 35 Январская стужа
Декабрьские морозы сменились январской стужей. Никакого (естественно) праздничного настроения в стенах манора Малфоев не было и подавно. Хозяева не украсили даже стены холла, не поставили ель и не устраивали посиделок за обеденным столом со своими высокородными гостями.
Все было так же, как и прошлые пол года. Вироса-де-Кута с грустью вспоминала праздничные деньки у любимой крестной. Вот когда ее душа пела - когда девочке было посвящено, кажется, все внимание мира. Даже прошлое рождество, проведенное без мамы было чудесным, пусть и слегка наигранным.
Здесь же все было унылым, серым и белым, словно поместье пыталось слиться с общей атмосферой английской зимы. Размазанные по небу, тусклые облака неохотно стряхивали с себя мелкие снежинки, а солнце, по всем ощущением, даже не поднималось из-за горизонта по утрам.
Хотя все эти праздничные каникулы определенно нельзя было назвать праздничными, произошло нечто удивительное. Отец очень много времени проводил с Виросой, обсуждая с ней магию, осуждая волшебное сообщество мира, делясь своим грандиозным видением будущего для родной страны и других государств.