-Видимо, это особенное знание, которое просто так не получить. Чтобы Вы хотели взамен на рассказ об этой руне, мисс Дасадити?
-Ох, Вы так любезны, - пуще прежнего улыбнулась Вироса, сверкая счастьем, как цветные огоньки на новогодней елке. - Если Вы предоставите мне всю литературу о политике магического сообщества мира, что хранится в Вашей невероятной библиотеке, то я с удовольствием расскажу Вам подробности символа.
-Всего то? - юноша удивленно приподнял брови, замирая на пару секунд.
Затем он легко махнул рукой высоким книжным шкафам, отдавая приказ книгам. Тома слетались к кофейному столику, словно стая голодных голубей. Какой литературы здесь только не было: огромные и толстые талмуды, маленькие записные книжки, свежие фолианты, новые и почти развалившиеся свитки, краткие пометки на маленьких кусочках пергамента, карты (большие и маленькие) и рукописные графики. У Виросы глаза на лоб полезли от изобилия информации.
Девушка принялась потирать друг об дружку руки, пытаясь унять порыв броситься на предоставленные ей широкой рукой новые знания. Все эти книги скапливались у ее ног, на и под кофейным столиком, укладывались высокими стопками у ее кресла, лепили из собственных бумажных тел настоящие пирамиды.
Когда шелест утих, и последний тяжелый том плюхнулся девушке прямо на колени, она с замиранием сердца перевела взгляд на ухмыляющегося Драко. Молодой человек терпеливо ожидал, когда пораженная леди сомкнет округлившиеся от удивления губы.
-Большое спасибо, мистер Малфой! Это даже больше, чем я ожидала, - Вироса нежно погладила шероховатую обложку книги.
-Если Ваш рассказ меня удивит, то я могу отдать Вам на изучение еще и старые газеты, - Драко пожал плечами, неимоверно довольный своей выходкой.
-В этом случае, я очень постараюсь Вам угодить, - юная леди прочистила горло, начиная повествование. - Эта руна очень давно была создана одним из магов, который желал спасти от гибели свою возлюбленную..
-И почему все вечно упирается в любовь? - неожиданно перебил юноша, недовольно цокая.
-В то время шла война среди маглов, волшебники также были втянуты в этот конфликт. На сколько мне известно, один из магов влюбился в девушку из простецов и больше всего на свете боялся, что она погибнет, поэтому он начал изобретать чары, способные вернуть к жизни любого человека.
-Это очень похоже на сказку о трех братьях и дарах смерти, - Драко задумался, вспоминая книжку, что в детстве ему читала мама. - Был там такой артефакт - Воскрешающий камень. Но, как помнится, камушек мог вернуть лишь бесплотный дух, призрака.
-Однако здесь же чары - настоящие, а не выдумка для малышей. И сложность их применения в том, что спасти человека можно лишь в момент его гибели, если пройдет чуть больше времени, душа уйдет из тела, и магия не произойдет.
-И как это волшебство работает?
-Так вот, маг дарит жизнь другому человеку за счет своей собственной души. Как я поняла, тот колдун действительно смог применить заклинание на погибшей возлюбленной. Она воскресла, а он тут же упал замертво. Предвещая Ваш следующий вопрос - другие маги посчитали эту магию слишком опасной и черной. Плата за магловскую жизнь волшебной не оправдала себя, поэтому чародеи скрыли эти чары.
-Согласен. Что за чистокровный дурак был этот колдун, что воскресил маглу, расставшись при этом с собственной жизнью?
-И я того же мнения! Вот только это волшебство не ушло в забытие. Колдуны извратили его, изменив на дар вечной жизни себе, вместо другого человека.
-Вечная жизнь? - Драко фыркнул. - Философский камень, на то и камень, что он создается посредствам зельеварения, а не заклинаний. Вы что-то путаете, мисс Дасадити.
-Есть еще один способ получить вечную жизнь, - играя бровями, загадочно произнесла девушка.
-Вы говорите о.., - юноша огляделся по сторонам, наклонился над столом и прошептал так тихо, что треск костра поглотил все звуки, - разделении души?
Вироса-де-Кута уверенно кивнула, довольная собой откинулась на спинку кресла. Мистер Драко был очень умен и прекрасно образован, поэтому легко додумает сам все остальное. Юноша на полученное согласие открыл рот, широко распахивая светлые глаза.
Больше молодые люди не разговаривали. Вироса принялась за изучении предоставленной ей литературы, а Драко вернулся к “Рунам и их ключам”. Юноша лишь изредка бросал взгляд на девушку, словно периодически забывал, что он здесь не один и каждый раз удивлялся хрупкой фигуре в соседнем кресле. Несколько раз он незаметно двигал указательным пальцем, стараясь запомнить начертание странной руны. Как вдруг его осенил еще один вопрос: