Хоть Волан-де-Морт и не ожидал многого от малыша Драко, но он отказался куда активнее своего блеющего отца. Мальчик уже несколько раз пытался избавиться от директора Хогвартса, подсовывая тому проклятые вещи и отравленные яства. Однако, пока Дамблдор находится в замке, Хогвартс каким-то волшебным образом защищает своего директора. Или же это просто череда неудач?
Другой же ребенок в окружении Темного Лорда казался еще бесполезнее. Волан-де-Морт никак не мог придумать, как ему использовать Виросу. Девочка делала немыслимые успехи в боевой магии (Беллатрикс с каждым днем становилась все мрачнее, недовольная тем, что какая-то мелочь умудряется держаться с ней наравне в тренировочном бою). Так же и Долохов докладывал, что часто видит, как Вироса-де-Кута проводит очень много времени в библиотеке, зачитываясь различными книгами о политике и управлении.
Сам Лорд почему-то старался избегать девочку. Вне общих собраний, он держался от нее подальше, скрываясь, как только Вироса-де-Кута появлялась в поле его зрения. Для себя великий и ужасный темный чародей нашел простое оправдание такому не свойственному для него поведению - ему до ломки костей надоело, что девица смеет называть его отцом.
Но несмотря на все это, Вироса-де-Кута теперь восседала по правую руку от Люциуса Малфоя за столом во время собраний Пожирателей Смерти. Темный Лорд позволил ей занять место мертвой Тенебы. И тут случился еще один удивительный момент. Девушка не стала задавать никаких вопросов, спокойно приняла свое новое положение, с ледяным энтузиазмом участвуя во встречах.
Волан-де-Морт не долго ломал голову, почему же Вироса перестала спрашивать о своей крестной? И как она так легко заняла ее место в иерархии? В конце-концов, она его дочь! В ней течет кровь Салазара Слизерина, которому неведома любовь и привязанность. Ее поведение правильное. Такое, каким Темный Лорд его и хотел видеть.
Однако, как бы долго он не старался убегать от любых разговоров, живя под одной (пусть даже и очень широкой) крышей, все время избегать девушку не получится. Так и случилось в этот день в конце февраля.
В маноре становилось душно, и мудрые мысли с трудом всплывали наружу, никоем образом не желая формироваться в логические цепочки дальнейших действий. Поэтому то Волан-де-Морт и аппарировал в сад. Кусты покрылись первыми почками, а земля под ногами растаяла, чуть чавкая и прилипая к босым стопам.
Вироса-де-Кута тоже была там. Темный Лорд встретил девочку на одной из тропинок, когда та, держа в руках какую-то книжонку, шевелила губами, словно пыталась заучить абзац наизусть. Девушка была так увлечена своим занятием, что не заметила Волан-де-Морта, замершего на повороте. Это дало ему несколько секунд для изучения атмосферы вокруг хрупкого тельца.
Девушка исхудала, она и так была тонкой, как тростинка, и легкой, словно перышко. Но теперь ее бледные щеки впали, а кожа на нежных руках слишком явно обтягивала выпирающие косточки. Под глазами темнела уставшая кожа, и необычные локоны сильно отросли. Вироса (отчего-то) в последнее время перестала укладывать волосы в красивые прически, оставляя их распущенными. Темные завитки мягкими волнами спускались по ее спине, закручиваясь у начала юбки.
Все то время, пока Темный Лорд рассматривал свою дочь, он не видел ее опущенных в книгу глаз. Радужки, в его представлении, были морозно темными, их бурый цвет отражал силу и уверенность, лишь иногда робость и восхищение перед своим родителем. Но в момент, когда Вироса-де-Кута, наконец, оторвала взгляд от старых листов, Волан-де-Морт забыл, о чем размышлял до этого.
Красные, словно кровь. Острые, словно кинжалы. Холодные, словно суровая зима. Ее радужки цвета сочного мака смотрели на него безэмоционально и спокойно. Будто в нее вселился сам Темный Лорд, прожигая всех живых насквозь, своими опасными глазами.
-Добрый день, отец, - девушка присела в идеальном реверансе, чуть опуская голову.
Зрительный контакт был разорван, что заставило Лорда очнуться, пару раз быстро моргнув.
-Что ты читаешь? - бросил он без особого интереса.
-Я размышляла о том, как увеличить Ваше влияние на общество.
Вироса пристроилась рядышком, и волшебники продолжили прогуливаться уже вместе.