Может ему и вовсе это почудилось? Откуда бы ей взять здесь в этом кровавом танце тел и проклятий? Не могла она превратиться в липкий дым. Не могла она преследовать его с желанием уничтожить. Не стала бы Лисичка одной из Пожирателей Смерти.
Она же нашла отца! Вироса же говорила, что все хорошо. Они всю весну были вместе. Она ни разу не заикнулась о том, что она теперь на этой грязной.. мерзкой и темной стороне. Лисичка ему улыбалась. Она его целовала. Она бы не предала того, кто.. кто любит ее.
Перед глазами все сливалось в однородную черную кашу. Не разобрать, где низ или верх. Все тело сковало колючей проволокой. Шипы врастали в кожу, щипая и разрывая клетки.
Такого просто не может быть.
Ядовитая слизь поползла к сердцу, прожигая органы на своем пути. По позвоночнику пробежал электрический разряд прямо в голову. Было то проклятие или все это лишь чудилось, Фред не понял. Клыкастый угорь скользил по его спине, забираясь под корку мозга. Там он и решил остаться. Откусывая извилины, с наслаждением чавкая приятными воспоминаниями о юной нимфе, которая только что хотела убить того, кого недавно ласково обнимала.
Глава 38 Трещало все
Кромсалось и трещало все, что попадалось ему на глаза. Темный Лорд перемещался по манору с немыслимой скоростью. Его гнев и ярость вылетали с кончика палочки, будто магловские пули, ударяя в картины, дорогие украшения, в мраморный пол, в люстры и перепуганных до смерти слуг.
Пожиратели Смерти ползали перед ним на коленях, вымаливая прощение. Они разбивали лбы в кровь, с каждым новым криком Волан-де-Морта, ударяясь головами о пол. Ни одного из них не волновала миссия, конечный результат. Даже чистота крови их больше не заботила. Все, о чем могли думать жалкие смертные - собственные жизни в момент безумства Темного Господина. Покровителя, к которому они примкнули, которому сами же хотели служить.
Гарри Поттер ушел прямо из-под носа. И кто был в этом виноват? Каждый. Каждый, кто посмел надеть серебристую маску, но не выложился на полную, ради отданного приказа. Новый выброс яркой вспышки с кончика волшебной палочки. Звон взорванного стекла.
Волан-де-Морт больше не проиграет. Больше не уступит. Время действовать решительно, жестко и быстро.
***
Август был словно гудок паровоза, который вот-вот столкнется со скалой. Вироса-де-Кута все это время была словно не в себе, будто она каким-то нелепым образом смогла сбежать из своего тела, прячась в дрожащем Донумпе, под плотной белой чешуей.
Ее тело двигалось само по себе. Трансгрессировало, вытаскивало магическое древко и направляло его на перекошенные лица министерских работников. Под босыми ступнями хрустели остатки спасения для хрупких магов Великобритании. На бледной коже пеплом оседали последние надежды волшебников на свое ничтожное правительство.
Вопли страха и ужаса, отчаянные крики доносились со всех сторон. Безвольное худое тело, облаченное в свое лучшее черное платье, повернуло голову на самый резкий звук. У холодной темной стены тяжело дышала мадам Беллатрикс Лестрейндж. Ее кудрявые черные волосы стояли дыбом, а на лице застыло уродливое выражение удовольствия. Глаза сверкали лишенным рассудка огнем, потрескавшиеся губы обнажали желтые кривые зубы.
-Нет, умоляю, остановитесь! - завизжала молодая дама у ног Пожирательницы. - У меня дети!
-Круцио, - с коротким придыханием ответила Белла, и с ее жесткой палочки сорвался острый луч непростительного заклинания.
Работница министерства закричала снова. Ее руки и ноги неестественно изгибались, голова запрокинулась, ударяясь о грязный пол. Глаза закатились, а ресницы дрожали. Конвульсии, будто электрический разряд, какое-то время еще продлевали ее жизнь. Но мадам Лестрейндж уже наигралась со своей очередной жертвой, не отводила больше руку, плотнее смыкая в потных пальцах древко. Молодая дама обмякла, окончательно лишаясь рассудка. Ее сердце разорвалось от слишком высокого напряжения.
Виросы там не было. Правда ведь не было? Она могла лишь наблюдать за всем происходящим вокруг безумством со стороны. Как призрак, скользящий между развалинами былого величия Министерства.
Холодок пробежал по шее, возвращая в реальность. Рывком бросая ее в сознание. Была. Она там была, использовала свою силу во благо великого отцовского плана. Все ради будущего чистокровных волшебников.
Рубиновые глаза защипало. Девушка пару раз моргнула, чтобы сбить подступающую влагу. Сколько людей пострадало сегодня во имя Волан-де-Морта? А сколько Вироса-де-Кута уничтожила лично? Молниевидную руну непростительного заклинания оказалось ужасно легко чертить в воздухе. Только отчего-то воздух постоянно дрожал, и вместо изумрудных вспышек перед глазами появлялись рыжие, словно языки пламени, волосы. И карие глаза, которые смотрели на нее с отвращением и ужасом.