За своими грозными мыслями девушка не заметила, как Пьюси и Уоррингтон посматривали на нее с неприкрытым уважением, явно прикидывая, как на ней сидела бы зелено-серебристая форма их родного факультета.
-Ты извини, пожалуйста, за это, - подал голос Кассиус, привлекая к себе внимание Виросы. - Уизли уже всех достали. Мало того, что их семейство просто оккупировало школу, так еще и на нашем курсе самые неприятные представители этой фамилии.
-Я уже давно поняла, что эти близнецы не самые воспитанные молодые люди, - с вежливой улыбкой ответила девушка, продолжая вспоминать знакомые ей проклятия немоты.
-А когда вы успели познакомиться? - удивился Эдриан, хмуря темные брови.
-Мы встретились на Косой Аллее в июле.
Вироса коротко пересказала молодым людям ее первую встречу с братьями Уизли, на что Слизеринцы фыркали и закатывали глаза, а Уоррингтон пару раз прошипел, что-то вроде: “Жаль меня там не было, я бы им..”. В эти моменты юной волшебнице становилось особенно тепло на душе. Слышать, что кому-то также неприятна эта рыжеволосая парочка, было приятно, и маленький червячок злорадства хихикал где-то в груди. Конечно, стравливать однокурсников между собой в планы Виросы совсем не входило, но чем Мерлин не шутит. Если ей придется, то девушка не побрезгует развернуть какую-нибудь хитрую игру против своих недругов.
Хотя, изначально, у юной ведьмы были совершенно другие планы на школу, и в них не входили конфликты и стычки между студентами. Девушка первоочередной задачей для себя поставила отыскать в Хогвартсе любые упоминания о своем отце. Больше всего ей бы хотелось понять, каким папа был в детстве, как он учился и какое положение занимал в школьной иерархии. Возможно, это приблизит ее к ответам на более сложные вопросы, такие как: где отец сейчас; почему оставил свою дочь; или, хотя бы, как его зовут.
С последним были самые настоящие проблемы, потому что у Виросы не было даже намека на то, какую фамилию носил ее отец. Разумеется, девушка была уверена, что папа происходил из какого-то древнего чистокровного рода волшебников, иначе откуда у него было бы столько великолепных качеств и такие навыки к магии (о чем многократно рассказывала мама). Поэтому Вироса до мутных пятен перед глазами шерстила всю литературу посвященную волшебным семьям и их описаниям. Однако не было тех, в которых появлялись бы колдуны подходящие по возрасту и описанию внешности. Девушка непроизвольно дотронулась до своей дамской сумочки, в которой бережно хранилась сейчас единственная колдография ее папы.
Придется хорошо постараться, чтобы найти всю информацию о нем, которая может храниться в Хогвартсе. Если отец и правда был лучшим студентом и старостой школы, как говорила крестная, то в замке точно должно было статься много упоминаний о нем. По крайней мере, Вироса-де-Кута на это очень надеялась.
Остаток пути до школы прошел (на радость всем присутствующим в купе) без казусов и без посторонних нарушителей спокойствия. Один раз к ним, конечно, заглянула приятная пожилая дама, что приторговывала различными сладостями, чтобы ученики доехали до замка не свалившись замертво от голода. Слизеринцы купили себе какие-то леденцы, а Вироса-де-Кута угостилась шоколадным пончиком. Все время молодые колдуны рассказывали своей новой однокурснице о преподавателях, уроках и дополнительных занятиях, которые ее ждут в Хогвартсе. В то время как более бойкий Эдриан много шутил и часто вспоминал забавные события прошлых лет, Кассиус принимал участие в разговоре менее активно, осторожно рассматривая девушку. Внимание со стороны одногодки для Виросы было в новинку, поэтому она предпочла вежливо не замечать робких взглядов со стороны голубоглазого слизеринца, вкрадчиво внимая рассказам Пьюси.
За окном начало темнеть. Вечер окрашивал мирные пейзажи за окном сначала в розовые и фиолетовые тона, а затем по небу разлились насыщенно-синий и темно-бордовый оттенки. И вот поезд начал замедлять движение, сбавляя ход, гудел и свистел, оповещая всех о своем прибытии на станцию. Это было словно неким сигналом к началу большого урагана в поезде. Подростки стали шумно хлопать дверьми, покидая свои купе. В узких коридорчиках началась небольшая толкучка, и оттовсюду были слышны звонкие голоса. Виросу тоже пробила всеобщая волна энергии, и она, слегка прикусив нижнюю губу, заставила свое сердце успокоиться.