Девушка замерла, вглядываясь в чащу. Чья-то фигура мирно стояла вдалеке, спокойно наблюдая за веселящейся Виросой. Юная волшебница напряглась, рефлекторно опуская правую руку на пояс. Волшебной палочки-то нет! Откуда бы ей взяться во сне! И стоило молодой ведьме это осознать, как сон начал темнеть, будто на местность, что окружала Виросу, плавно начал опускаться вечер. Девушка внимательнее осмотрела замершую темную фигуру. Кто бы это не был, он не спешил нападать или прятаться за стволами деревьев, спокойно ожидая, когда волшебница сама решиться приблизиться.
Под босыми стопами мялась трава, а ветер, что гладил лицо, вдруг усилил свой натиск, мешая девушке продвигаться в глубь леса. Вироса-де-Кута не сводила пристального взгляда с человека, который, как оказалось, стоял к ней спиной. Она плавно и бесшумно приближалась, рассматривая высокую широкоплечую фигуру. У гостя в ее сне были темные густые волосы, а облачен он был в плотную мужскую мантию. Еще шаг, и уже можно было окликнуть этого человека, оставаясь на безопасной дистанции. Вироса-де-Кута разомкнула губы, чтобы вежливо позвать мужчину, только она не успела издать и звука. Воздух резко стал шипастым комом в горле. Человек медленно обернулся, складывая руки на груди. На его губах растянулась такая до боли знакомая ухмылка, а темные карие глаза сверкнули любопытством. Юная волшебница замерла, а на ее побледневшем в миг лице отразилось выражение глубочайшего удивления и смятения.
-П..папа? - дрожащим голосом произнесла она, рассматривая своего молодого отца - точной его копии с колдографии. На нем даже мантия была того же цвета.
Он ничего не ответил, продолжая молча и внимательно смотреть на юную девушку теплым выжидающим взглядом. Вироса-де-Кута сделала еще один крохотный шаг вперед, уже гораздо увереннее повторяя:
-Папа! - отец чуть наклонил голову, не убирая мягкой ухмылки с лица, словно таким способом давая девушке понять, что она может подойти ближе.
Отец никогда раньше ей не снился. Еще ни разу он не появлялся в такой от нее близости, что она могла всего за несколько шагов преодолеть разделяющее их расстояние и, наконец-то, пусть даже только во сне, но обнять своего родителя. Слезы счастья подобрались слишком близко, туманя взгляд. Вироса быстро смахнула их, чтобы не смели мешать ей рассматривать, впитывать в себя такой живой образ папочки, который впервые откликнулся на ее зов и появился в ее голове.
***
-Давай сюда, - шепнул Джордж, кивая в сторону ближайшего закутка.
Близнецы выбрались из своих постелей совсем поздней ночью, удостоверившись, что все в башне Гриффиндора сладко спят в своих постелях. Братьям не терпелось проверить новое изобретение. Все было готово еще перед самым отъездом в Хогвартс, сейчас же оставалось только установить ловушку в одном из коридоров замка.
План был такой: быстро добраться до первого этажа, натянуть приспособу в арке, через которую чаще всего ходят студенты, не попасть на глаза ни одному из многочисленных привидений замка, бесшумно прошмыгнуть мимо храпящих во сне картин, не напороться на смотрителя Филча и/или его кошку миссис Норрис, безопасно вернуться в башню Гриффиндора, а завтра утром вернуться на место преступления и наблюдать за эффектом.
Фред улыбнулся, уверенно кивая брату, крадущимися движениями добрался до закутка, заглянул в следующих переход, проверяя его на наличие незваных гостей - никого. Рыжий юноша кивнул, первым отправляясь по сумрачному проходу. Брат бесшумно ступал следом, следя за их тылом. На удивление, пока им очень даже везло. Все таки хорошая идея - провернуть шалость в самом начале года, когда еще все только приехали, педагоги и сами отходят от каникул, приведения акцентируют свое внимание только на первокурсниках, а картины, отвыкшие за каникулы от шума, быстро устали сразу после первых учебных дней.
Единственной проблемой мог стать смотритель Филч, который вечно был в мрачном настроении и, словно озлобленный на весь мир, ходил по замку подобно грозовой туче, которая только и ждет, чтобы жахнуть кого-нибудь молнией. И самые ярые претенденты на роль обугленных уголков - близнецы Уизли, за которыми Филч охотился с особым рвением. Эта игра в кошки-мышки длилась все года, сколько братья учились в Хогвартсе, и превратилась уже в забавное подобие соревнования между братьями и завхозом с его кошкой.