Вироса-де-Кута потерла виски подушечками пальцев, быстро прикидывая, на что может надавить розовая дама, чтобы получить юную мисс Дасадити под свое крыло? Девушка была гражданкой другой страны, и как бы Амбридж не старалась, все таки ручки у нее будут коротки, чтобы достать так далеко. Единственное, что может стать болевой точкой Виросы - род Навелюкс. Однако крестная почти всю жизнь провела вне страны, а последние годы активно доказывала всем, что является недееспособной, сумасшедшей ведьмой, что у Министерства не должно найтись ничего компрометирующего на единственную живую представительницу древней семьи Навелюкс. Да и знает ли вообще розовая дама, кто является крестной Виросы?
В голове громко и протяжно загудело. Мозг, как по заказу, вынес на поверхность и другие проблемы, которые нависли над юной ведьмой нерешенными задачами. Одно из самых неприятных - это само обучение - скучное и бестолковое, в котором придется вариться еще много месяцев. Другое, загадочное и в меру пугающее - старая диадема, к которой девушку привел отец из сна. И самое незначительное на всем этом фоне - Фред Уизли, который знал про ее способность к анимагии.
-Хорошо, допустим, розовая дама получила весь факультет Слизерин под свое крыло, - произнес Паффиан, когда все расселись по своим местам в Большой Зале. - Дальше то что? Зачем ей армия из детей?
Очень скоро студенты получили ответ на свой вопрос. Долорес Амбридж - Генеральный Инспектор Хогвартса. Эта “чудесная” новость облетела всю школу, и если Гриффиндор открыто протестовал, Пуффендуй и Когтевран старались лишний раз не высовываться, чтобы не попасть под горячую руку, то Слизерин ощутил, как каждый из змеек в один момент превратился в личную безотказную игрушку новоиспеченного Инспектора.
Глава 12 Я сейчас задохнусь
Вироса-де-Кута была единственной из своих однокурсников-слизеринцев, кто не общался с розовой дамой лично и не получил от нее порцию угроз. Поэтому девушка была в относительной безопасности, но какая разница, если все друзья в один момент превратились в служащих Генеральному Инспектору Хогвартса.
Изменения в общей гостиной Слизерин были заметны в тот же день. Никто из студентов больше не собирался вместе для того, чтобы весело сделать уроки или позабавиться в волшебные игры. Никто даже не разговаривал громче шепота. С этого момента зелено-серебряная общая комната и правда напоминала гнездо маленьких детенышей змей, которые только и могли, что бесшумно перемещаться из одного угла комнаты в другой, тихо переговариваясь между собой. Тема розовой дамы всеобщим молчаливым согласием ни разу не поднималась, будто своими обсуждениями студенты могли накликать на себя еще большую беду.
Однажды вечером Амбридж вызвала Винтербиров к себе, чтобы дать двойняшкам какое-то поручение, поэтому Вироса осталась в спальне одна, решая заняться своим важным делом. Девушка аккуратно вытащила из чемодана диадему, крутя ее в руках в разные стороны.
Старая помятая корона не выглядела чем-то стоящим от слова совсем. Однако это именно та вещь, к которой ее целый месяц вел отец. Раз старинный артефакт был ему так важен, значит, стоило внимательнее с ним разобраться. Первым делом Вироса-де-Кута вытащила из кобуры свою волшебную палочку, проводя анализ на любую опасную магию, что могла быть заключена в диадеме. На одно из заклинаний, что-то внутри старого серебра откликнулось, однако то, что было запечатано не несет прямой угрозы для жизни. “Получается, это все таки что-то волшебное, а не просто старинное украшение,” - подумала юная ведьма, поднося корону ближе к глазам. - “В таком случае, как мне добраться до того, что спрятано внутри?”
Вироса-де-Кута попробовала еще несколько заклинаний, чтобы получить отклик от диадемы, однако, чтобы там не было внутри, на свет оно выходить не торопилось. Девушка поднялась на ноги, прошлась по комнате, задумчиво кусая губы и морща носик. На глаза попалась колдография отца, что лежала на своем месте около кровати. Вироса взяла в одну руку карточку с изображением отца, а в другую старую тиару, переводя взгляд с одного предмета на другой. К девушке совсем недавно пришла ошеломляющая мысль о том, что отец из ее сна был ровно в том же месте, среди тех же деревьев и цветов, рядом с которыми он был на колдографии.
Может ли быть такое, что диадема тоже как-то связана с этим местом? Мама ведь никогда толком не объясняла, что именно они с папой делали в Албании, зачем шастали по лесам, и что выискивали в таких странных краях. А что, если родители охотились за этой блеклой короной? Тогда, как она оказалась в Хогвартсе, и зачем отцу вести ее к этому артефакту, о котором даже мама ей ничего не рассказала? Здесь явно не хватает деталей.