Менталисты, на первый взгляд, не так сильны, как стихийники. Нет эффектного грома, молний и высокого алого пламени, пожирающего всё на своём пути. Но яд медленного действия в итоге может быть не менее смертоносный, чем сбивающий с ног наповал сразу. Но и распознать яд в последнем случае в разы сложнее. Вампир обескровит тело, и все будут знать, что это сделал он. Менталист иссушит свою жертву досуха, лишив её жизненной энергии, и даже опытный маг не всегда разберётся, в чём тут дело. Менталисты играют с разумом и воздействуют не душу.
Глаза Дженни удивлённо распахнулись, когда вокруг простой металлической спицы, какими обычно вяжут, сформировался белёсый пар, загустевший в плазму. Плазма преобразовалась в форму и через мгновение Дженни могла созерцать всё то, что видела сама Аврора, общаясь с ней. Правда «кино» оставалось для Дженни беззвучным, но Лайвли завтра утром проснётся в полном убеждении, что именно она встречалась с Сэб. И всё, что Авроре удалось сохранить в памяти из их разговора с соперницей, будет помнить и Лайвли.
– А теперь иди к себе и ложись спать, – приказала Аврора.
Лайвли открыла глаза и молча кивнула. Словно кукла.
Потом поднялась и направилась к двери, спокойным, для внимательного стороннего наблюдателя, слишком плавным шагом.
– Она понимает, что делает?
– Какая–то часть неё. Это как у лунатиков. Тело ведёт тебя само как на автопилоте, пока разум спит.
– Жуть! Я начинаю тебя бояться, Аврора. И я не шучу. Разве можно так играть с человеческим разумом?
Аврора нахмурилась. Ей и самой собственная идея не казалось теперь такой уж радужной.
– Это не похоже на шалость, – поджала губы Дженни.
– Знаю, – тряхнула головой Аврора. – Но что оставалось делать? Завтра они заговорят, их воспоминания не совпадут и всё откроется. Раз уж что–то затеваешь, следует идти до конца.
– Но оно того стоила? Эта твоя затея? – забравшись босыми ногами на кровать, с любопытством взглянула на неё подруга.
– Да. Я поняла, что происходит. И дело не в том, что Сабрина Уолш видит во мне соперницу и желает унизить. Вернее, не только в этом. Она приревновала меня к Люциану Холливэлу.
– К кузену Дэмиана? Глупо с её стороны. Эти два мальчика изо льда не смотрят ни на кого, кого считают не своего круга. А уж в представительницу Светлых они влюбляться точно не станут.
– Сабрина просто неправильно истолковала свои наблюдения. Дело было не во влюблённости, но этим летом мы действительно много общались.
– Да? А твой отец знает об этом?
– Конечно, нет! Он бы не позволил.
– И зачем тебе потребовалось общество Холливэла?
Аврора с сомнением посмотрела на подругу, но потом решилась сказать правду. В конце концов, если ты хочешь, чтобы тебе доверяли – учись доверять сам. И риск не так уж велик – человек либо окажется достоин твоего доверия и не предаст, либо – с точностью до наоборот. Пятьдесят на пятьдесят.
– Знаешь, почему моя картинка убедила Дарка Бэсета?
– Это как–то связано с Люцианом Холливэлом?
– И да, и нет. Я ничего не придумывала. Я нарисовала ему тот мир, в котором была. Последние два года мир смертных стал мне ближе и дороже мира Магического Сообщества. Я влюбилась в одного из них.
– О, нет! – брезгливо сморщила свой носик Дженни. – Это невозможно. Эти мужланы… они почти как животные.
– Ты повторяешь это с чужих слов. Ведь не с одним из смертных ты сама не общалась. Они не отличаются от нас, если убрать то, что у них нет Дара.
– Ну, не знаю… это как собаки и волки. Вроде очень похоже, но между собой лучше не скрещиваться.
– Не переживай. Теперь всё в прошлом, – грустно вздохнула Аврора.
– Он тебя бросил? Вы расстались?
– Он умер. Вернее – погиб. Разбился на этих проклятых гонках. И потому я так отлично могу воссоздавать эту проклятую трассу, и дома, и мокрый асфальт. Я буквально пропиталась ими.
– Сожалею. Впрочем, вы бы всё равно расстались…
– Прекрати! Лучше расстаться с человеком, даже плохо расстаться, чем похоронить его!
– Прости! Прости, я такая неловкая. Я сболтнула глупость. Но не понимаю, Холливэл тут при чём?
– Он, как и все они – некромант. Я попросила его устроить нам последнее свидание.
– И он согласился.
– Да.
– И вы… ты простилась со своим умершим смертным.
– Да. Мы поссорились перед тем, как всё случилось, и я чувствовала себя виноватой. Я боялась, что это был не несчастный случай, что я как–то повлияла на то, что случилось, винила себя. Но то, что случилось, было несчастным случаем. Его душа нашла покой. И я тоже успокоилась.
– Мне жаль, Аврора! – искренне обняла подруга Дженни. – Я не знала, даже не догадывалась. Видела, что ты какая–то напряжённая, но думала, что это из–за учёбы и предстоящих перемен.