Лицо Коа, Тейна и ещё одного члена Коалиции скрывали капюшоны, на которых при свете дня я заметила одинаковые символы. Триса, Грэйн и Лиам тоже спрятали лица и закутались в свои коричневые балахоны. Трое представителей от каждой стороны в сопровождении охраны – на заснеженном поле стало многолюдно.
Первым вперёд вышел Савицкий. Он бросил короткие взгляды на Тейна и Грэйн, и вдруг замер, вглядываясь в Трису. Понял, что она Жнец? Интересно, что сейчас в голове канцлера?
– От лица Российской Империи и от имени его величества императора Александра IV приветствую вас на этой встрече, – сказал он, взяв себя в руки.
– Не стоит, брат, – перебил его речь Тейн. – Мы все понимаем, кто есть кто. Говори, чего хочет твой император.
– Чтобы вы устранили Гурова, – усмехнулся Савицкий. – Его нужно будет допросить, и я буду присутствовать при допросе.
– Что император хочет узнать от Гурова? – поинтересовался Тейн, вернув канцлеру усмешку.
– Как тот обошёл клятву и присягу, – со смешком сказал Савицкий.
Ответом ему стал слаженный смех. Ну точно – они все давно знают друг друга. Причём в Коалиции Древним был не только Тейн, но и Коа. В принципе, это было логично: он основал Коалицию много веков назад, так почему бы ему не возглавить её спустя годы? Это Грэйн не стремится к власти – будучи целителем душ, она наверняка даже не видит смысла вставать во главе братства. Ей достаточно того, что Лиам прислушивается к её словам.
Древние перебросились несколькими шутками, понятными только им, а потом ударили по рукам. Я поняла, что они рады видеть друг друга. Не понятно только, почему они раньше не встретились.
– Можешь передать своему императору, что мы окажем ему эту маленькую услугу, – хмыкнул Тейн, а потом перевёл взгляд на меня.
С этого момента общение братства и Коалиции с императором официально будет происходить через моё посредничество. Мне даже выдали отдельный телефон с новым номером. И там точно были встроены следящие программы. Причём отслеживать они будут не только мои разговоры и переписку, но и местонахождение.
Над этим я думала недолго – с артефактом переноса мне будет не так сложно оставлять телефон в нужном месте, а самой уходить по своим делам. В первую очередь я хотела навестить Тараса – прилюдно пообщаться нам не позволили. Заодно и с Климом поговорить надо – не зря же он так хотел со мной увидеться. Я надеялась, что он расскажет или покажет мне что-то действительно важное.
– Ты понимаешь, почему тебя выбрали гарантом, дитя первой крови? – спросил у меня Тейн, а я кивнула. Если что-то пойдёт не так, меня обвинят в сговоре и поддержке двух сект. – Ты станешь нашим голосом во дворце, ведь именно ты помогла нам найти друг друга.
– Можно подумать, вы не смогли бы этого сделать сами, – сказала я с сарказмом, закатив глаза. – Не надо из меня дурочку делать.
– Но это правда, – сказала Грэйн, положив руку на предплечье Тейна. – Нас раскидало по миру – кто-то потерял память, кто-то не желает, чтобы его находили. Мы шли каждый своей дорогой вот уже сотни лет…
– Потому что устали друг от друга, или потому что не знаете, кому можно доверять? – полюбопытствовала я. – Вы так и не вычислили тех, кто именно не пожелал отдавать всю силу в накопители?
– Поначалу не знали, потом… стало не важно, – ответила Грэйн с мягкой улыбкой. – Мы шли разными путями, потому что осознавали себя не сразу. Кто-то через несколько перерождений, а кому-то потребовались сотни лет.
– Зато последние осознавшие себя точно были теми, кто отдал всё, – пробормотала я, вспомнив Заряну. Тяжко же ей, наверное, было в предыдущие перерождения, если она и сейчас немного не в себе.
– Поэтому и нужно открыть врата в Пустоши, – сказал Савицкий. – Чтобы всё это было не напрасно.
– Я не хочу их открывать, – покачала я головой. – Я не знаю, кому из вас можно доверять.
– Врата нужно открыть не только для того, чтобы мы могли покинуть этот мир, – мягко проговорила Грэйн. – Изначально в этом мире не было магии, но мы создали накопители и наполнили их своей силой…
Она замолчала и отвернулась к Тейну. Остальные Древние грустно покачали головами в знак согласия.
– Этот резонанс силы запечатал мир в тот же миг, как только мы выпустили накопители из рук, – сказал Зиновий Гречихин с тоской в голосе. – Все эти годы колебания силы нарастали.
– Мы не боги, не всесильные существа. Мы просто перешагнули через порог сил, – проговорил Тейн, обняв целительницу душ. – Мы брали жизнь в одних мирах и заселяли в другие, пустые, миры. Но только этот мир оказался настолько слаб, что начал меняться. Он отторгал любую силу.