Бран будет лежать в коме. Кейтилин не отойдёт от его постели. А потом приедет убийца с кинжалом из драконьей кости. Тот самый кинжал, который она видела на поясе Бейлиша.
Она вспомнила, как в книге Кейтилин сидела у постели сына, не спала, не ела, и её красивое лицо превратилось в маску горя. Как она сжимала его руку и шептала: «Вернись ко мне, малыш».
— Не в этот раз, — прошептала Санса в темноту. — В этот раз никто не упадёт.
Новый план
Она долго думала, как лучше поступить. Первая мысль была — усыпить Ланнистеров, чтобы на башне никого не оказалось. Но чем больше Санса размышляла, тем яснее понимала: это слишком рискованно.
Если Серсея заподозрит, что в её вино что-то подмешали, она начнёт искать виновных. Нет. Нельзя привлекать внимание львицы раньше времени.
К тому же, даже если Ланнистеры уснут, Бран всё равно может полезть на башню. Или увидит что-то другое. Или просто упадёт сам. Слишком много переменных.
Логичнее действовать напрямую, — решила она. — Усыпить Брана. Пусть спит так крепко, что даже мышь не разбудит.
У неё была сонная настойка — корень снотворного, который мейстер Лювин давал ей после болезни, когда она жаловалась на кошмары. Санса скопила два флакона, пряча их в тайнике за камином. Одного было достаточно, чтобы ребёнок проспал десять часов без задних ног.
— Я не хочу ему навредить, — прошептала она, глядя на янтарную жидкость в свете свечи. — Просто дать ему выспаться. Всего на одну ночь.
Но внутри неё всё сжималось от страха. А вдруг доза слишком большая? Вдруг он проснётся раньше времени?
Она вспомнила, как в прошлой жизни читала про медицинские ошибки. Неправильная дозировка, индивидуальная непереносимость, взаимодействие с другими лекарствами. Здесь не было никакой науки — только риск.
Она чуть не отказалась от этой идеи. Но потом представила альтернативу: Бран падает с башни, ломает позвоночник, лежит в коме. Его пытаются убить. Он становится инвалидом на всю жизнь.
Это не выбор между безопасностью и риском. Это выбор между двумя видами риска. Я выбираю меньший.
Леди подняла голову и лизнула её в щёку.
— Спасибо, девочка. Мне всё равно страшно.
Молоко с мёдом
Накануне вечером Санса пришла на кухню. Она знала, что Брану перед сном всегда приносят тёплое молоко с мёдом — он пил его с печеньем.
Арья, которая дружила с поварятами, открыла ей дверь чёрного хода.
— Ты уверена? — спросила Арья, глядя, как Санса достаёт из-под платья флакон. — Если тебя поймают...
— Не поймают, — отрезала Санса. — Ты меня прикрываешь. Если кто-то спросит, я была в твоей комнате и мы играли в куклы.
— Я ненавижу куклы, — скривилась Арья.
— Но мы в них играли, — усмехнулась Санса.
Она подошла к большому дубовому столу, где стояла кружка с молоком для Брана. Тёплое, парящее, с ложкой мёда — идеально, чтобы скрыть привкус снотворного.
Санса открыла флакон. Руки дрожали. Она пролила несколько капель на стол, выругалась про себя (по-взрослому, так, как её научил сир Меро) и вылила половину содержимого в молоко.
— Может, четверть? — спросила Арья, глядя на неё широкими глазами. — А вдруг он...
— Я рассчитала, — соврала Санса. На самом деле она не рассчитывала ничего. Она просто надеялась, что мейстер Лювин не ошибся, когда прописывал ей дозу.
Она размешала молоко ложкой и отошла.
— Всё, — сказала она, пряча пустой флакон обратно. — Теперь остаётся только ждать.
— И молиться, — добавила Арья, которая, несмотря на свою нелюбовь к богам, перекрестилась на всякий случай.
Санса кивнула. Она не верила в богов этого мира. Но в ту ночь она была готова молиться кому угодно.
Вечер
Она сидела за ужином рядом с Браном и делала вид, что ест. На самом деле она не могла проглотить ни куска — всё вставало поперёк горла.
А вдруг он откажется пить? Вдруг кто-то другой выпьет вместо него? Вдруг доза слишком слабая?
Она наблюдала, как Бран уплетает кашу и болтает с Роббом о предстоящей охоте. Он был живой, громкий, вечно в движении. Такой обычный мальчик, который не знает, что через несколько часов его судьба могла бы измениться навсегда.
— Бран, — сказала Санса, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Я попросила повара сварить тебе тёплое молоко с мёдом. Ты ведь любишь?
— Люблю, — кивнул Бран, удивившись заботе. — Ты чего это вдруг?
— Ты много тренируешься, — пожала плечами Санса. — Нужно укреплять силы.
Когда подали молоко, Санса проследила, чтобы кружку поставили именно перед Браном. Мальчик взял её, подул, отхлебнул.