Так вот это болото было явно для прогулок непригодно, и клюквы на нем тоже не было, зато вспомнился теткин недавний рассказ про лося.
- Да, вот лыжи бы не помешали, - хмыкнула Ася, представив себе отца, топающего сквозь трясину на широких охотничьих лыжах. А лучше еще, на беговых, «Карьяла», которые тоже пылились на даче не один уже десяток лет. Лена на лыжах почему-то не ходила.
Уродцы, доселе торчавшие с краю леса, осторожно подвинулись ближе к ней.
Показалось Асе даже, что они преданно и заискивающе глядят на нее, словно что-то предлагая. Впрочем, где именно у них лица, все равно понять было сложно. Наконец, один, довольно крупный, похожий на слепленного детсадовцами снеговика, подобрался к воде, примерился и упал туда. Почти сразу наполовину затонул, но все-таки частично остался над трясиной. По нему прокатился следующий и тоже сбросился в болото. Перед Асей росла каменная тропка.
- Технично, - похвалила она и, дождавшись, пока дорога вымостит сама себя, с некоторым трепетом ступила на «мост».
Камень под ней слегка погрузился, но все-таки совсем в трясину не канул.
По шаткому пути она шла через болото к дому, черневшему на другой стороне.
И чем ближе подходила, тем лучше видела, что в маленьком грязном окошке, закрытом не то стеклом, не то вовсе чем-то мерзким на вид, теплится огонек свечи.
Оглянувшись на странный шум, она заметила, как за ней на почтительном расстоянии поджав половину корней, осторожно крадется пень.
Когда Ася добралась до пирса, вернее, его очень неблагонадежных на вид остатков, выяснилось, что допрыгнуть с каменной тропы до ближайшей целой доски у нее, скорее всего, не получится, а все попытки закончатся миллионом заноз в руках. Наверное, можно убедить уродцев пересобраться в лестницу, но девушка слабо представляла, как это сделать. К тому же изба на курьих ножках, торчавшая из болота, все-таки ее пугала. Никаких других объектов для посещения вокруг не было, но стоило ли лезть в черный покосившийся дом с криво висящей дверью, на которой теперь, когда Ася была гораздо ближе, очень явно просматривались следы когтей некоего огромного зверя?
Интересно, кто это был, медведь, волк или какая-нибудь росомаха?
Или вовсе что-то не столь очевидное, но гораздо больше и отвратительней? Мало ли, кто может выбираться по ночам из этого тухлого болота!
Лестница от таких пессимистичных мыслей, конечно, не возникала.
Ася снова постаралась представить себе, что очутилась в каком-нибудь аниме о попаданцах, и сравнить картинку с уже виденными, но ассоциации тоже не радовали. В лучшем случае, в избушке может проживать какая-нибудь страшная ведьма, которая ее чему-нибудь научит или в кого-нибудь превратит.
- Есть кто живой? – услышала Ася свой голос.
Да, идея была – высший класс. Теперь, кто бы ни сидел в доме, он точно узнал о гостях и вполне мог подготовиться. Чайник там на плиту поставить или наточить нож побольше.
В ноги сзади ей кто-то ткнулся.
Ася взвизгнула и едва не упала в болото, но вовремя сообразила, что это всего лишь пень. Он балансировал на растопыренных во все стороны корнях, отчего напоминал паука, упавшего в ванну.
Пень снова боднул ее под колени, а потом протиснулся мимо и установился под пирсом, образовав собой отличную табуретку.
- Ну спасибо, - вздохнула Ася и встала на пень, с коего уже легко было перебраться на остатки пристани. – Значит, идти мне сюда все-таки придется.
Пень согласно притопнул корнем.
Под небольшим асиным весом пирс слегка зашатался, но все-таки устоял. Выглядели доски так, будто никто по ним не ходил лет эдак сто – все покрытые разноцветными плевками мхов и лишайников. Кое-где, наглым вызовом всем учебникам природоведения и биологии теснились колонии каких-то неведомых грибов. Грибы, кстати, слегка светились зеленым, а некоторые даже фиолетовым.
- Да уж, мечта наркомана, - прокомментировала это Ася.
Каменная тропа постепенно втягивалась саму в себя обратно на берег. Стражники отступали под прикрытие леса. Последнее Асю не обрадовало – убегать, если что, будет некуда.
Между тем в доме, скрипнув, открылась дверь.
Ася вжала голову в плечи.
Дверь манила ее – и одновременно пугала до одури.