Надеюсь, король со своим слухом переживет этот опыт.
– Чу-дес-ный день ворвался в это небо, я вспомнил, где я не был и где летал… Уго-мониться мне бы, но я-я-я… Ой!
Откуда-то из-под земли почувствовалась вибрация и послышался гул, будто едет электропоезд. Не успела я очнуться, как произошел взрыв! Комки земли, камни, листья – все полетело во все стороны, откидывая меня назад.
БАБАХ!
И на моих глазах передо мной поднялось и взревело огромное черное чудовище. Я успела уловить оскаленные зубы и заточенный хвост.
– К-к-король, – пролепетала я, храбро сидя на земле.
Ничего себе безопасное место! Сейчас самое время для нарушения границ. Разрешаю.
Волосатый монстр расправил красные кожистые крылья и зарычал, наступая и принюхиваясь.
Я замерла.
Огромная золотая тень мелькнула над нами. Слава Дракону! Мой дорогой король, хлопая крыльями, грузно сел на хрустнувшую стену, просунул длинную голову в зияющую дыру осыпавшейся кладки и огляделся. Чудовище оглянулось на него и грохочуще, по-львиному взревело, агрессивно поднимая шипастый, словно булава, хвост.
«Ура! Сейчас оно сразится с драконом, и я убегу».
Золотой дракон мигнул синим глазом, а затем неожиданно отступил, резво оттолкнулся от стены и улетел под моим ошарашенным взглядом. Голос дракона зазвучал в голове:
«Девочка, спокойно. Нам повезло! Это мантикора, боевое животное Скорпионов. Она не тронет хозяина, подружись с ней. Я не должен мешать. Я рядом».
Да вы издеваетесь!
Вот бы еще получить инструкцию на тему «Как подружиться с мантикорой». Предполагаю, что нужен хороший кусок сырого мяса. Моя рука, например.
Мантикора повернула морду на меня. Я с ужасом уставилась на довольно уродливое коричневое лицо с зелеными кошачьими глазами. Особенно впечатляюще смотрелся акулий тройной ряд острых зубов в широкой раскрытой пасти.
Может, Дракону повезло, а мне – не очень.
– Привет, мантикора… – жалко произнесла я, испытывая сильное искушение ползти. Отсюда.
Чудовище уставилось на меня и, рыча, наклонило морду. Огромная когтистая лапа двинулась вперед, приближаясь, угрожающе подергивался острый скорпионий хвост.
– Не рычи, котик. – Я старалась говорить мягко и успокаивающе. – Не надо сердиться. Ты меня не знаешь, я Катя. Я Скорпион, да…. На, понюхай. – В доказательство медленно протянула ей руку. – Только не пробуй на зуб, пожалуйста.
«Котик» красноречиво облизнулся, урча и подкрадываясь ближе.
М-м-м, человеческая рука, вкуснятина.
О, кровь! Может, кровь ей даст почувствовать, что я своя?!
Ногтем сколупнула вчерашнюю царапину на пальце. Надо больше говорить, чтобы животное слушало и не вспоминало о том, что можно рычать, реветь, кусать, рвать и все такое.
– Пойми меня правильно, я не приманиваю тебя, а надеюсь, что ты все правильно поймешь и почувствуешь родную кровь. Смотри, в руке ничего нет. Я не опасна для хороших мантикор. Ты же хорошая мантикора?
Общаюсь как могу. У меня были собаки, им нравится быть хорошими.
«Чертовы Драконы, Вороны, Волки, Быки и все вообще».
Мантикора подошла вплотную и встала у ног, не сводя с меня звериных миндалевидных глаз. Крупная голова с черной львиной гривой наклонилась к моей протянутой руке, широкие ноздри с шумом втянули воздух, с острых зубов щедро капнула мне на платье густая тянущаяся струйка слюны.
– Тихо, милая, тихо, мантикорочка. Все хорошо, я своя, – лепетала, провожая взглядом эту каплю, вызванную не иначе как замечательным аппетитом животного.
Чудовище задумалось, высунуло длинный черный язык и щедро лизнуло мою руку. Из пасти пахнуло горячим дыханием.
– Та-а-к, молодец, – неуверенно сказала я, не зная, как трактовать этот жест.
Облизывает – значит признает? Или просто облизывает, предвкушая вкуснейшее человеческое мяско на обед?
Признала! Поднятый скорпионий хвост опустился, мантикора радостно оскалилась, широко замахала крыльями, обильно осыпая меня пылью, и по-собачьи затанцевала, громко мявкая.
Я зажмурилась, пережидая поток радости. Ох, надеюсь, она не ядовитая. Не хотелось бы подцепить какие-нибудь мантикорные бактерии. Надо будет продезинфицировать царапину.
Потерла о платье ставшую липкой ладонь. И с трудом поднялась из-под мешающей встать мантикоры. В холке она оказалась с меня ростом. Пышная черная грива и мощное тело льва. Лапы с когтями тоже напоминали львиные, а вот хвост уже был скорпионий, мощный, толстый и шипастый, с загнутым жалом на конце. Довершали образ большие красные крылья.