Мгновенно ставший сонным, маг исчез. А я… Я улыбнулась и пошла к мантикоре, прокручивая в голове его слова, сказанные еще перед путешествием к Волкам: «Все так просто. Сложно это понять».
«Что ж. Меня посетило страстное желание сесть на мантикору и добраться на ней до Черной скалы у своего замка. Не буду сдерживаться».
На дорожку передо мной прыгнула маленькая коричневая мухоловка. Я остановилась как вкопанная. Она смотрела на меня круглым черным глазом. Сердце пропустило удар.
– Не знаю, значили ли что-то твои слова… Я все равно надеюсь, что ты жив, Наяр… – тихо сказала птице. – Хочу, чтобы у тебя все было хорошо. Я буду помнить тебя. И буду скучать.
Покосившись на меня, птичка чирикнула и улетела. Я прикусила губу и… пошла дальше.
– Кора!
Дракон прилетел через час после меня. Солнце уже почти село, и небо постепенно захватывала грозная сизая туча. Я сидела, зябко кутаясь в плащ, когда высокая фигура ловко прыгнула на камень, выпрямляясь рядом со мной.
– Простудишься, – озабоченно хмуря брови, заметил Дракон, одновременно окидывая взглядом горизонт.
На Черном море уже заметно похолодало: осень захватывала землю, и с ней пришли пронизывающие насквозь ветра.
– Переживу, – буркнула, обхватывая колени руками, в ближайшее время явно не собираясь покидать Черный палец. Щелчок, и меня окутал теплом новый подбитый мехом плащ. И снизу.
«Это что, подушка?»
– Как бой? – через минуту молчания спросила я, благодарно пряча лицо в густой белый мех.
– Я был и остаюсь сильнейшим, – напомнил Регненсес. – Почему ты ушла?
– Потому что я не игрушка, которая достается победителю, – обиженно произнесла, предпочитая умолчать об остальном.
– Да, ты не игрушка… – согласился Дракон. – Я не сразу понял это. Ты – самое опасное создание Хаоса из тех, что появлялись в моем мире.
– Правда? – Я польщенно заулыбалась.
– Правда, – серьезно сказал он. – Поэтому мы должны быть вместе: назвать тебя своей спутницей может только король. Я сделаю, что должен. И не позволю другому.
Мы смотрели в одну сторону: на останки замка Скорпионов.
– Ты же знаешь, что для нас нет ничего важнее родового долга, – твердо продолжил Регненсес.
Улыбка сползла с моих губ. Сбывались мои худшие опасения: очередной мужчина говорил мне про свой родовой долг.
«Как же я это ненавижу… В принципе, чего я еще хотела от короля? Нет, только никаких слез!»
Я посильнее прикусила губу.
– Драконы должны делать то, что принесет пользу нам и королевству в долгосрочной перспективе. Порядок требует этого. Он – незыблемый закон, которому я полностью подчиняюсь, – неумолимо продолжил Регненсес.
Его слова больно отдавались во мне. Очередная волна ударилась о камень, и ее ледяные брызги долетели до нас.
– Замолчи! Не хочу это слушать! Это не те слова! – срываясь, выкрикнула я в волну.
– Ты согласишься быть со мной по долгу Порядка? Чтобы сохранить равновесие?
– Нет! Никогда! – крикнула резко.
– Ради Хаоса? Своего рода?
– Нет! Нет! Хватит!
– А из-за того, что я полюбил тебя?
Прошло несколько секунд, прежде чем до меня дошло, и я недоверчиво подняла голову на мужское лицо.
– Ты понравилась мне сразу, как увидел. Но я тогда не мог и предположить, что эта крошка поменяет законы Драконов, перекроит Порядок… и совершенно сведет меня с ума, – задумчиво произнес Рег и перевел нежный синий взгляд на меня.
Наклонившись, он подхватил и поставил меня на ноги, крепко сжал за плечи.
Его голос был сильнее шума волн.
– Да, я полюбил тебя. Несмотря на Порядок, на Хаос – полюбил. Я думал, что давно потерял этот дар, но ты… Ты нужна мне.
Я смотрела на него и все еще не верила… Но он продолжал говорить, уверенно впечатывая в пространство каждое слово:
– Княгиня Катерина из рода Скорпионов. Я, Регненсес из рода Драконов и одновременно правящий король, люблю. Люблю тебя, крошка. – Его горячие пальцы гладили и вплетались в мои влажные волосы. – Я хочу, чтобы ты была со мной всегда, сколько возможно… Ты примешь мою руку?
Еще одна огромная волна яростно ударилась о черную скалу и окатила нас брызгами. Они больше не казались мне холодными.
«Наконец-то. Это те слова».
Я счастливо улыбнулась… Кирел прав, меня влекло к Дракону так, что не устоять. Отчаянно хотелось прикоснуться к его коже, бронзовеющей под небом. Я несмело потянулась рукой, ожидая, что меня немедленно остановят словом или взглядом. Но Регненсес замер, и я впервые коснулась пальцами его гладкой бронзовой щеки, покрытой капельками морской воды, завороженно провела по высоким острым скулам.