- Нет. Я лишь месяц как здесь.
- И как тебе?
- Странно.
- Верно, глупый вопрос. Значит, из всех профессий ты выбрала эту.
- А кем ты стал? - я поняла, что мне это действительно интересно. Я никогда прежде не разговаривала с чужими людьми, как Мартин. Даже после того, как я стала смотрительницей, мне большей частью приходилось слушать, чем говорить, поддерживая разговор. Но сейчас мне было легко, просто и... приятно находиться рядом с ним и говорить про жизнь.
- У меня свой бизнес, - уклончиво ответил мужчина.
- Именно из-за него ты попал сюда, - догадалась я.
- Верно, - усмехнулся Мартин.
- Наркотики или оружие?
- Бои без правил. И ограничений. Не всем нравилось, чем я занимаюсь. Занимался, - поправился он.
- Жена бойца убила?
- Погибшего бойца, - в голосе Мартина послышалась искреннее сожаление. - Я всегда старался не доводить до подобного, но этот парень, Кувалда, несмотря на все мои запреты и полученные травмы вышел на ринг. Он хотел заработать на отпуск с женой. Заработал на собственные похороны. Знаешь, я даже рад, что для меня все так закончилось. Конечно, умирать не хочется, но и жить с подобным грузом не легко. Ты ведь меня понимаешь?
Я понимала да еще как. Да, он изменился, возмужал, занялся грязным бизнесом, но вместе с тем это был все тот же Мартин Аллен, который делился со мной ручками и карандашами. Мальчишка, в которого я когда-то была влюблена. Наверное, в первый и последний раз в своей жизни.
- Тебе пора, - мягко, но настойчиво сказала я, и, подняв на колени чемодан, расстегнула защелки. Крышка открылась, и я с трудом сдержала вскрик, увидев роковой предмет Мартина. На черном атласе лежал ярко-алый гранат.
Дневник Регины.
Не знаю, поймут ли меня пришедшие на смену смотрительницы, простит ли бог, но я не смогла отдать гранат Мартину. Было ли причиной тому моя прежняя детская влюбленность в него, то, что он признал меня в смерти, или же плод граната такой, какой, судя по дневникам Хлое, остался после моего отца, я не знаю. Слова против моей воли вырвались наружу, и лишь услышав их, я поняла, что сделала. Еще до того, как Мартин ответил, чемодан исчез с моих колен и лишь алый гранат остался в руках.
Я не знаю, почему поступила именно так. Что тому виной жалость или одиночество? Разве ни к нему я так стремилась всю свою сознательную жизнь? Одни вопросы и ни одного ответа.
Теперь все изменилось. Странным образом чемодан появлялся независимо от того, я или же Мартин выходили встречать новоприбывшего. Очень скоро мы разделили обязанности пополам, и теперь я всего лишь раз в сутки выполняла свои обязанности. Все шло вроде бы хорошо, но станция не желала делить меня с кем-то еще.
Все началось с того, что часы вместо двенадцати, стали бить тринадцать раз. Дальше - больше. Куда бы я ни шла, что бы я ни делала, всюду рядом со мной возникал гранат, словно дом хотел сказать "отдай его, сделай, так, что бы мы вновь были вдвоем".
Все менялось. Небо стало темнее, половицы дома скрипели, свет фонаря то и дело мерцал. Порой мне становилось не по себе. Будто дом из убежища превратился в заклятого врага, решившего изжить не только Мартина, но и меня за то, что я посмела пойти против его воли. Стоило Мартину выйти за порог, начинался ливень, и каждый раз он возвращался насквозь промокшим.
И чем больше дом сопротивлялся присутствию Мартина, тем больше я привязывалась к нему. Возможно, все дело в том, что я не боялась потерять его, не боялась, что мои слова будут неправильно поняты. Днями напролет мы говорили, говорили, говорили. Обо всем. О жизни, несбывшихся мечтах, книгах и надеждах на туманное будущее. Я вновь привязалась к нему, а затем и полюбила.
Я никогда прежде никого не любила. Женщина может любить только того, мужчину, который сильнее ее духом, а иначе любовь превращается в слабость. А со слабостями надо бороться.
Мартин оказался сильнее меня. Я поверила ему, а, поверив, отдала свое сердце. В любви и согласии мы прожили пять лет, думая, что идиллия будет продолжаться вечно. Мы ошиблись.
Глава 4
Как всегда я заранее почувствовала приближение поезда. Сейчас была моя очередь встречать его, но мне безумно не хотелось вылезать из нагретой кровати на улицу, где моросил дождь. Нехотя я перевернулась с живота на спину и откинула одеяло.
- Не вставай, я сам схожу, - послышался рядом со мной шепот Мартина.