– Если у тебя действительно получится найти скупщика для шаров Мари, когда ей заниматься заказами?
– По ночам, конечно! – отозвалась Мари. – Я по-другому и не умею. А ты что скажешь? – обратилась она к Петеру. Когда тот лишь многозначительно кивнул, она показала ему язык.
– Возможно, поначалу так и будет, – согласилась Иоганна. – Но если вдруг заказов станет больше – а я, честно говоря, на это и рассчитываю, – тебе, наверное, придется бросить работу у Хаймера.
Две пары испуганных глаз уставились на нее, а Петер лишь молча наблюдал, стараясь не вмешиваться. Иоганна бросила на него взгляд, сама не зная, рада ли она тому, что он держится в стороне, или же лучше было бы, чтобы он ее поддержал.
Первой пришла в себя Рут.
– Я могла бы помогать их разрисовывать, – предложила она. – Я знаю, никто не умеет рисовать так красиво, как ты, – с иронией заявила она, покосившись на Мари, – но с твоими снежинками и зимними пейзажами я как-нибудь справлюсь. И упаковывать я тоже умею. У нас же остался целый ящик коробочек, еще с прежних времен! Аптекарские бутылочки и шары ведь примерно одного размера, верно?
– Не так быстро, – остановила сестру Мари. – То, что предлагает Иоганна, означает, что мы откроем собственное предприятие. Я не знаю… Женское предприятие? Неужели у нас получится?
– А почему бы и нет? – взвилась Рут. – Это означает, что мы трое будем работать только на себя. И ни перед кем не будем отчитываться, чем занимаемся.
Иоганна усмехнулась:
– Вот это выйдет настоящее бабское предприятие! Мы, три сестры Штайнманн… Наконец-то у людей появится веский повод для сплетен!
В этот миг ей хотелось обнять весь мир, но вместо этого она радостно улыбнулась Петеру. Она и не думала, что Рут и Мари с таким энтузиазмом отнесутся к ее идее.
Петер откашлялся и заговорил:
– Кстати, когда ты собираешься в Зоннеберг?
Иоганна с удивлением посмотрела на него:
– Может быть, на следующей неделе. Или через неделю… Об этом я еще не думала.
– А следовало бы, если ты не хочешь, чтобы твоя затея рухнула сразу. Или ты забыла, что этот американец, мистер Вулворт, приезжает в Зоннеберг в августе? До его приезда осталось меньше двух недель.
– Вулворт? Какое отношение он имеет к моему плану? Он ведь ходит только к…
Петер рассмеялся:
– Как бы не так! Судя по всему, в этом году Штробелю достанется лишь кусок американского пирога. Почти все скупщики Зоннеберга получили от Вулворта письмо, в котором он сообщает о своем приезде. В городе уже сейчас только об этом и говорят! Все ломают головы, что бы такого особенного предложить этому человеку, и все надеются отхватить куш.
Эти новости следовало для начала переварить.
– Значит, нужно как можно скорее отправляться в Зоннеберг. Когда этот Вулворт приедет, меня никто и слушать не станет! Я должна, так сказать, опередить американца! – Она захихикала. – Кроме того, – и она с улыбкой оглядела всех за столом, – наш будущий скупщик сможет сразу же показать изделия Мари доброму господину Вулворту!
– Тогда лучше всего будет, если ты отправишься в город на этой неделе. Хочешь, я пойду с тобой? Я помогу тебе нести изделия и подожду вместе с Вандой, пока ты будешь общаться со скупщиками, – предложила Рут.
Иоганна тут же перестала улыбаться. Стоило ей подумать о Зоннеберге, как на душе у нее сразу же заскребли кошки. И все же она ответила:
– Нет, думаю, я пойду одна. Стоит такая жара, что Ванде может не понравиться в городе.
– Тебя мог бы проводить Магнус, – предложила Мари. – У него есть время, и он наверняка будет рад помочь…
– Магнус! При чем здесь вообще Магнус? – возмущенно вклинился в разговор Петер. – Если уж нужен провожатый, то с Иоганной пойду я.
Иоганна поглядывала на них исподлобья.
– Вы закончили? Не нужен мне провожатый, – резче, чем намеревалась, отозвалась она. – Я одна хожу в Зоннеберг с тех пор, как мне исполнилось семнадцать. И так будет и впредь. Надсмотрщик мне не нужен. – Девушка судорожно сглотнула. – Даже если завтра будет лить как из ведра, я с самого утра отправлюсь в путь. Но если вам от этого будет легче, я сяду на поезд и окажусь в Зоннеберге в мгновение ока.
Все переглянулись. Против этого возразить им было нечего.
– Однако решать, какие шары ты возьмешь, буду я, – заявила Мари. – Наверное, прямо сейчас и посмотрю, какие изделия лучше выглядят.
– А я поищу ящик с упаковками. Можно будет сегодня же вечером упаковать самые красивые, – подхватила Рут.
Они с Мари вышли из комнаты вместе. Вскоре из бывшей спальни Йооста послышался грохот, словно там двигали мебель.