— Я — Асмодей, — сказал пришелец, и улыбнулся пухлыми губами, — зачем звал, хозяин?
Глава 14
Магия
Как оставаться спокойным и уверенным в себе, если перед тобой стоит самый настоящий демон? Габриель выучил то, что нужно было для вызова демона, но он совершенно не знал, как нужно с демонами разговаривать. Тем более, с тем самым демоном, что в прошлый раз одним взглядом пришпилил его к стене так, что Габриель с трудом мог дышать.
— У меня есть для тебя задание, — сказал Габриель нагло, будто и правда мог повелевать этим красавчиком.
Пока куриной ноги не было видно, Асмодей подходил на обычного человека, просто одетого в странные одежды. Лицо его располагало к себе, и улыбался он вполне дружески.
— Какое же задание? — проворковал он, — Хочешь получить в жены самую богатую даму графства? Или герцогиню? А, может быть, тебе приглянулась замужняя дама и ты желаешь вселить в ее сердце страсть к тебе? Или заставить мужа разлюбить ее и потерять бдительность? Я могу все это и многое другое, друг мой! Давай же, начнем творить чудеса!
Габриель так волновался, что голос его задрожал, когда он произнес, стараясь говорить уверенно и четко.
— Я хочу, чтобы мадемуазель Магдалена меня полюбила больше жизни! Как я ее люблю! — в конце фразы он дал петуха и густо покраснел.
Асмодей вскинул красивые тонкие брови. Губы его дрогнули.
— Всего-то? Это проще простого! А что ты мне за это дашь, Габриель?
Голос его прозвучал вкрадчиво и одновременно как-то сладко, будто он жевал мед.
— Ничего, — Габриель сжал ножку кубка так, что побелели костяшки пальцев, — именем архангела Рафаила заклинаю тебя сделать это!
Асмодей рассмеялся и покачал головой.
— Архангел Рафаил подобного не одобрит. Но я готов услужить тебе. Предлагаю честный обмен. Ты мне душу, я тебе Магдалену.
— Приказываю тебе разжечь в сердце Магдалены страсть ко мне! — закричал Габриель, разозлившись и поднося свечу к жаровне с углями, где лежали внутренности сома и тамариск.
— Ну зачем же сразу злиться? — Асмодей отступил, будто и правда испугался.
По красивому лицо его прошла тень и на миг Габриель увидел вместо человеческого лица страшную рогатую морду быка с налившимися кровью глазами.
— Я приказываю тебе! — снова закричал Габриель.
— Исполняю, исполняю…
Асмодей хлопнул в ладоши, снова становясь льстивым красавчиком.
— Мне нужен мой кубок, что ты приготовил для меня, — сказал он вкрадчиво, — и убери огонь от жаровни, сейчас сюда явится твоя возлюбленная, а ты кричишь, ругаешься, ведешь себя, как мужлан, — демон подошел ближе, — дай мне мой кубок, он пригодится, чтобы красавица Магдалена стала твоей навсегда!
Габриель протянул ему приготовленный специально кубок с вином. Асмодей взял его в руки, что-то зашептал, так, что над кубком поднялся дым. Вино закипело, вспыхнуло огнем, потом вдруг успокоилось, и тотчас дверь, запертая на засов изнутри, отворилась сама собой, и на пороге комнаты возникла Магдалена.
Белые волосы ее рассыпались по плечам, прикрытым тонкой сорочкой, в которой она, видимо, спала. Было нечто ужасное в том, как она двигалась, будто ее дергали за ниточки, заставляя идти, как тряпичную куклу.
— Испей вина, Магдалена! — прогремел голос Асмодея, и холодный ужас, поднявшись по ногам от ледяного пола, заставил Габриеля сжаться под черным плащом, — испей и выполни волю моего господина!
Магдалена неловко взяла кубок и стала пить. Глаза ее были открыты, но ничего не видели перед собой, руки будто оледенели, и тонкие пальцы не гнулись, сжимая кубок.
— Испив вина, ты почувствуешь в сердце страсть и любовь к моему господину, Габриелю де Сен-Кор! — прогремел демон.
Магдалена уронила кубок, который, грохоча, покатился по плитам, и лицо ее заалело, будто вся кровь бросилась к щекам.
— Ты полюбила моего господина Габриеля и будешь любить его так, как он любит тебя! — послышался тихий голос демона, от которого мороз бежал по коже.
Свечи ярко вспыхнули, освещая даже самые темные углы комнаты, а Магдалена уставилась на Габриеля, будто только сейчас увидела. Габриель смотрел на нее, с ужасом поняв, что наделал. Руки Магдалены поднялись и она пошла к нему, как безвольная кукла в руках кукловода.
— Что ты творишь? — закричал он, оборачиваясь к Асмодею.
Тот стоял, сложив руки на груди. Куриная нога все ярче виднелась сквозь морок, а на голове тенью пробивались бычьи рога.
— Я делаю то, что ты приказал мне, господин, — насмешливо ответил демон.