— Почему тогда я ничего такого не чувствую?
— Наверное потому, что я не ищу неприятностей себе на… — он сделал небольшую паузу, оглядев меня с ног до головы. — Голову.
Н-да, глупый вопрос. Возможно, случись что с Домиником, и я тоже это почувствую. Но, как ни тяжело это признавать — он действует намного осторожнее, чем я.
— Магического следа отравитель не оставил, — вклинился в наш спор Рафаэль, переводя тему на менее опасную. — Я не чувствую ни крупицы чужой энергии. Такое ощущение, что он пользовался каким-то скрывающим ауру артефактом.
— Вполне возможно, — согласилась я. — Анри говорил, что Черный Целитель опасный враг и на многое способен. Не думаю, что достать такой артефакт для него проблема.
Доминик закатил глаза, но ничего не сказал на мое голословное обвинение. Пусть пока главным подозреваемым побудет Целитель, а потом мы уже точно найдем отравителя. Никто еще не ускользал безнаказанным от Мари Дели и тому, кто посмел напасть на моего друга придется несладко.
С этими отработками я совсем расслабилась. Анри пропадал с Изабель, начисто забыв о своей миссии в Академии. Черный Целитель все еще угрожал моей семье, а моего лучшего друга сегодня чуть не убили. Ведь он бы умер, если бы я не решила к нему наведаться. Трупный яд убивает вампира в течение часа и слава Тьме, что мастер Аретон на недавней лекции поделился своими знаниями о полезном свойстве крови Детей Тьмы. Не случись этого, и Рафаэль сейчас был бы мертв.
Мне нужен был мой старший брат. Его способности менталиста пришлись бы как никогда кстати, но он ничем не мог помочь, будучи влюбленным в противную Изабель. Я могла бы попросить Лео приготовить анти-приворотное зелье, но для этого надо было точно знать, находится Анри под действием чар или нет.
Мне срочно нужно было вскрыть тот сундук под кроватью змеюки. Внутреннее чутье подсказывало, что именно там находится ключ к освобождению брата, и я собиралась сделать все возможное, чтобы убрать от него эту противную заразу по имени Изабель.
— Ты живешь один? — спросила Рафаэля, набросав в голове примерный план действий. Получив утвердительный кивок, продолжила: — Надо наложить на всю комнату стазис. После того, как я разберусь со своим братом, он проверит все помещение на наличие чужих эмоций. Нет ни одного артефакта, который смог бы их полностью скрыть. И ни слова об этом ректору де Бержераку. Я сама разберусь с отравителем.
— Ты совсем с катушек слетела? — взвился Доминик, прожигая меня гневным взглядом. — Хочешь тоже пострадать? Я ведь могу не успеть тебя спасти в следующий раз.
— Боишься, что отравителем все-таки окажется Черный Целитель? — я повысила голос, не в силах сдерживать свою злость. Ненавижу, когда кто-то указывает мне, что делать. — Или знаешь это наверняка?
— Вот не надо снова меня обвинять, принцесса, — прищурился он, возвышаясь надо мной. — Все, что я делаю — это стараюсь уберечь тебя от твоих собственных ошибок.
— Ты мне кто, Доминик? — теперь я уже не сдерживалась и орала на всю мощь своего голоса. — Папочка? Мне не нужен воспитатель и охранник в одном флаконе! Мне нужен, Свет тебя подери, партнер, который будет помогать мне и поддерживать! Хватит оберегать меня от всего происходящего. Пока я с этим не разберусь, никогда не смогу жить спокойно.
Зло выдохнула, стараясь прийти в себя. Он молчал, по обыкновению прожигая меня черными глазами. Рафаэль тоже молчал и, судя по его бегающему взгляду — говорить он не собирался.
Что ж, пусть так. У меня еще множество дел, которые нужно успеть завершить до окончания дня. Взмахнула рукой, погружая комнату в стазис и вышла за дверь, как следует ей хлопнув напоследок. Пусть этот наглый дракон хорошо подумает над своим поведением!
Глава 24
Меня все еще мутило после бессонной ночи и выпитого алкоголя, но я упорно шла к своей цели, не желая ни на секунду останавливаться. Все зашло слишком далеко, и моя Темная сущность в бессилии рвала и метала, глядя на творящийся беспредел. Надоело, что вокруг постоянно происходит что-то плохое.
Хотелось вернуться во времена до Академии: к работе на Арно, стычкам с Анри и ссорам с отцом. Тогда все было стабильно и мне не приходилось ежеминутно думать о том, что в любой момент я могу потерять своих близких. Тогда мне не приходилось предавать род ради парня, которого я едва знала. Тогда у меня в принципе не было никаких проблем.
Комната Изабель пустовала, что меня очень обрадовало. Я даже не стала использовать артефакты, лишь навесила на дверь Щитовой полог, чтобы незваные гости не помешали моей операции. Что буду делать, когда Изабель или ее соседка зайдут в комнату, еще не думала, но решила разбираться с проблемами по мере их поступления. Импровизация всегда хорошо мне давалась.