От былого насмешливого взгляда не осталось и следа, и теперь на меня смотрел истинный Темный, близкому человеку которого угрожала опасность.
Изабель закашлялась и подняла на нас мутные от слез глаза, полные ужаса и ненависти. Мы не дрогнули: привыкли уже к таким взглядам и попросту перестали обращать на них внимание.
— Он там, где и должен быть, — болезненная и в то же время торжествующая улыбка мелькнула на бледном лице Хольте. — У Черного Целителя.
— С этого момента поподробнее, — сквозь зубы процедила я, чувствуя нарастающую в груди ярость.
Хольте невольно сжалась в комок. Она чувствовала опасную древнюю магию, готовую в любой момент сорваться с моих рук. Видела мои горящие Огнем Смерти глаза и задыхалась от накатывающего волнами ужаса. Готова поспорить, именно в тот момент Изабель поняла, что не стоило связываться с представителями рода Дели. И внутренне поклялась самой себе, что если выживет, больше никогда не встанет у меня на пути.
— Мари, мне кажется, ты переигрываешь, — задумчиво отметил Луи. — Она от страха сейчас и слова не сможет вымолвить.
Брат не понимал, что моя ярость не напускная. В моей жизни слишком часто в последнее время фигурировало имя Черного Целителя, и это совсем не шло на пользу моей эмоциональной стабильности.
Зато Луи как обычно играл превосходно. Внешне спокойный, с задорным огоньком в глазах и немного насмешливой улыбкой, внутри он весь горел от беспокойства о нашем старшем брате. Я знала, потому что в этом был весь он. Луи был привязан к семье даже больше нас с Анри.
— Говори, — приказала я, встряхнув дрожащую Изабель за плечи. — Рассказывай все по порядку. Если соврешь или умолчишь о чем-нибудь, я забуду о твоем титулованном отце, и смерть покажется тебе величайшим освобождением в сравнении с тем, что я с тобой сделаю.
— Я все расскажу! — выкрикнула Изабель, подняв ладони в защитном жесте. — Все, только не трогайте меня, пожалуйста.
— Рассказывай, — я милостиво кивнула, присаживаясь на стул. Луи кинул на меня одобрительный взгляд.
Изабель опустилась на кровать, обхватив дрожащими руками колени.
— Несколько месяцев назад со мной связался человек. Он знал обо мне все: даже то, о чем никак не могут знать мои близкие подруги, и о чем даже не подозревает мой род, — она содрогнулась. — Он сказал, что мы можем помочь друг другу.
— Как он с тобой связался? — перебил Луи, размеренно расхаживающий по комнате.
— Он писал мне письма, — Изабель потупила взгляд, но лжи в ее словах моя Тьма не почувствовала. — Я не смогу вам их показать. Они самоуничтожались после прочтения.
Все интереснее и интереснее. Только менталисты могли наложить на письмо такое заклинание. Не думаю, что ко всем способностям Черного Целителя относится еще и такое филигранное владение ментальной магией. Значит, есть и посредник. Лицо, выполняющее его приказания. Вероятнее всего и не один. Видимо Луи пришел к тем же выводам, потому как лицо его помрачнело, и он кивком велел Изабель продолжать.
— Он не представлялся. Сказал лишь, что у нас одна цель. Я хотела избавиться от тебя, Мари, — она кинула на меня странный взгляд, на что я лишь усмехнулась. — А он хотел заполучить тебя.
Мы с братом переглянулись. Черный Целитель действительно пытался меня похитить, но это было достаточно давно. Неужели после одной неудачной попыткой с горсткой вампиров он решил перейти к интригам?
— Что было дальше? — мой хрипловатый голос разрушил образовавшуюся тишину.
Заплаканное лицо Изабель сморщилось, но она продолжила:
— Сначала он посоветовал отравить тебя. Сказал, что ты не выдержишь позора и сама уйдешь из Академии. Меня этот вариант устраивал, но я не учла твои способности. Что странно, потому что доза яда в два раза превышала человеческую. Любой Сын Тьмы уже давно бы валялся без сознания.
— Я с детства прививаю иммунитет к ядам, — мило ей улыбнулась. — Рассказывай дальше.
— После неудачи он пропал на несколько недель, но затем вновь начал писать мне. Я не хотела выполнять его поручения после того случая, — Изабель кинула на меня опасливый взгляд, что очень мне польстило. Все-таки выбила из нее хоть немного дури без отрубания конечностей. — Но он пообещал, что если я буду действовать осторожно, то ты ничего не узнаешь. Сказал, что если я приворожу вашего брата и буду следовать дальнейшим указаниям, ты навсегда покинешь стены Академии и больше никогда не попадешься мне на глаза.
Я не удержалась от кривой улыбки. Ну надо же, какой самоуверенный и наглый! И, судя по всему, совсем меня не знает, раз считает, что меня так просто заманить в ловушку.
— Но ваш брат действительно стал мне очень дорог за это время, — глаза Изабель вновь наполнились слезами.