Моя темная сущность не позволяет мне предать свой род. Так уж мы устроены: можем предать любого, но не семью. Но в то же время она же настойчиво призывает прислушаться к Доминику. Вопит, что ни в коем случае нельзя его терять, потому что тогда я потеряю и себя.
Что же должно было произойти, чтобы Доминик ушел из рода, тем самым предав его? Кем приходится ему Черный Целитель, если из-за него наглец перешел через свою темную сущность? Да еще и прошел инициацию… С какой целью он прошел инициацию?
Казалось, разгадка совсем близко — нужна была лишь маленькая деталь. Но Доминик, мрачно буравивший меня тяжелым взглядом, в котором было намешано слишком много сдерживаемых эмоций, молчал. Молчал, связанный этой световой клятвой.
— Отведи меня туда, Доминик, — мягко попросила его я, сжимая большие теплые ладони. — Клянусь своей Тьмой, я не наврежу Целителю. Мне просто нужен мой брат.
Моя сила замерцала, принимая клятву, а из груди Доминика раздалось громкое рычание.
— Зачем ты это сделала? — закричал он на меня, и я даже отшатнулась от всплеска его ярости. — Зачем ты это сделала, Мари? Как ты не понимаешь, что я не могу допустить вашей встречи? Ведь тогда выживет лишь один из вас. И, учитывая твою клятву, это будешь не ты.
Никогда не чувствовала ничего подобного. Я четко ощущала опасную силу, волнами исходящую от Доминика, но в то же время осознавала, что она никак не сможет мне навредить. Она огибала меня, разряжая воздух вокруг, но в то же время оставляя мне место для дыхания.
— Мне нужен мой брат! — повторила я, повысив голос. — Как ты не понимаешь, Доминик? Он моя семья и сейчас находится неизвестно где и неизвестно с кем!
Он застыл, и вырвавшаяся наружу сила мгновенно рассеялась в воздухе. И я поняла, что своими словами ненароком сделала больно. Ведь у него больше нет семьи. Есть лишь неизвестный Черный Целитель, ради которого Доминик готов был предать корону и…
Мои глаза широко распахнулись. Не может такого быть…
— Доминик, — прошептала я, заглядывая в черные бездонные омуты. Казалось, еще немного, и я в них утону. — Кем именно приходится тебе Черный Целитель?
Я лихорадочно вспоминала все, что знаю о роде Лоренов. Перечисляла в уме все их генеалогическое древо, но мое нежелание заучивать именитые рода сейчас вышло мне боком. Но в то же время я была уверена, что Доминик — единственных признанный сын герцога Лорена.
Тогда почему Тьма так неистово завибрировала, едва в моей голове мелькнула эта сумасшедшая мысль? Впрочем, ее едва ли можно назвать сумасшедшей, ведь Доминику слишком легко дался уход из рода, а это могло значить лишь одно — его Тьма считает настоящей семьей кого-то другого.
— Доминик, — вновь обратилась к нему, замечая, как сильно напряжены его руки. — Он тоже из твоего рода, да?
Мой дракон едва заметно кивнул, будто ему очень тяжело далось это признание. Его глаза неотрывно смотрели на меня и в них плескалось слишком много эмоций, чтобы мне удалось разобраться в них.
— Я отведу тебя, — холодно произнес он, а мое сердце учащенно забилось. — Но только тебя, и никто не будет знать где ты.
От нахлынувшего чувства облегчения и благодарности я обхватила руками его шею, вдыхая приятный мужской аромат. Пусть он предал корону, но не предал меня.
— Спасибо, — прошептала ему на ухо, зарываясь пальцами в волнистые волосы.
Конечно, оставались нерешенными еще много проблем. Хоть сейчас нам и удалось найти компромисс, мы все еще были по разные стороны баррикад, но я хотя бы знала, что при желании Доминик сможет пойти на компромисс.
— Говорить буду я, — он никак не отреагировал на мою благодарность, но крепко обнял в ответ. — Ты будешь стоять за мной и не двигаться. При малейшем признаке опасности я открою портал, и ты беспрекословно в него войдешь. Целитель не убивает и не мучает людей напрасно, но ради мести Лоренам готов на все.
После нашего разговора мне нетрудно было поверить, что у Целителя Анри находится в безопасности, но я все равно не могла отпустить ситуацию и просто ждать, когда похититель свяжется с моим отцом или дядей.
Это была отвратительная ситуация, в которой мой род поставили бы перед выбором: либо предать своего, либо нарушить клятву, данную Лоренам. В таком случае тому, кто эту клятву дал, грозила неминуемая смерть или лишение магических сил, и скорее всего это был мой отец. Он не стал бы рисковать королем и наверняка сам выдвинул свою кандидатуру.
Соответственно, если у меня получится вызволить Анри, отец не пострадает. Выбирая между собой и наследником — своим старшим сыном — он точно выберет наследника и принесет себя в жертву нарушив клятву, данную Лоренам и отдав их на растерзание Целителю. В то же время вся поддержка Лоренов нам канет к Свету.