На мгновение я перестала дышать. Инициация — это серьезно. Магов, выживших после нее, можно пересчитать по пальцам. Я не представляла, что за родители могли отправить своего родного сына на смерть. Ведь у него даже не было магии…
— Как же ты выжил? — спросила я и даже не заметила, как сильно охрип мой голос. От шока, от злости на бесчувственность Лоренов и от желания спалить их всех.
Тьма бурлила во мне, призывая покарать тех, кто попрал ее законы. Нельзя предавать свой род. Нельзя вредить тем, кто в разы слабее тебя. Нельзя обижать детей. Жаль, что большинство Темных не следовали этим трем простым заповедям. Если бы все было иначе, на инициации не было бы столько смертей.
— Тьма была ко мне добрее, чем мои родители, — Теодор вновь усмехнулся, а его глаза излучали такой холод, что меня едва не кинуло в дрожь. — Она даже не стала проводить испытание, потому что заранее знала, что я его не пройду. Поэтому, когда я очнулся после разговора с ней все еще не имея магии, Лорены просто выдворили меня из замка, предварительно заставив поклясться, что никто никогда не узнает о моей принадлежности этому прогнившему насквозь роду.
Я посмотрела на Доминика, буравившего взглядом ледяной пол:
— Поэтому ты инициировался и ушел из рода?
Он посмотрел прямо на меня, и в его черных глазах плескалось так много невысказанных эмоций: боли, страха, безудержной ярости и ненависти, что они мгновенно отразились в моей душе. На мгновение мы будто бы стали одним целым, продолжением друг друга, и это ввергло меня в такой шок, что я перестала дышать.
— Я был слаб, — твердо произнес он, и каким-то образом я знала, что он скажет дальше. — Я не смог остановить родителей, не смог помешать им провести эту светову инициацию, и поэтому я сделал все что в моих силах, чтобы стать сильнее. А род… — он усмехнулся так же, как и его брат. — Зачем мне род, поступивший так с одним из своих? По мне так лучше навсегда остаться одиноким, чем иметь такую семью.
И я была полностью с ним согласна.
— Что было потом? — спросила полушепотом, не желая разрушать установившуюся тишину, но в то же время нуждаясь в ответе.
— К тому моменту, как я прошел инициацию, Тео пропал, — Доминик опустил взгляд, явно коря себя за произошедшее. — Тьма разрывала меня. Помнишь тот день, когда ты впервые услышала о Черном Целителе? — я нетерпеливо кивнула, и он продолжил: — Я почти не лгал. Я действительно напал на отряд дроу и немного не рассчитал свои силы. Не знаю как, но Тео нашел и вылечил меня.
— Как ты стал Светлым? — это никак не могло уложиться в моей голове. Ни тогда, ни сейчас, когда темно-светлый маг сидел прямо напротив меня, закинув ногу на ногу и попивая чаек.
— Тьма не просто отпустила меня тогда, милая Мари, — Теодор улыбнулся, и на этот раз улыбка вышла искренней, хоть и с долей грусти. Невозможно не улыбаться, вспоминая ЕЕ. — Она также указала мне путь к Свету. На самом деле они не воюют. У богов свои, особенные отношения, в тонкостях которых нам, их детям, никогда не разобраться. Свет дал мне силу, когда я прошел его инициацию. И сказал, что мне необязательно следовать его заповедям, по которым я нашел к нему путь. Сказал, что я могу быть кем захочу, и я последовал его совету. Выбрал путь темно-светлого мага и поставил себе цель — отомстить Лоренам за все, что испытал по их вине.
Это все не укладывалось в моей голове. Значит ли это, что король прав, желая сблизить наши расы? Что все не так, как кажется на первый взгляд. Тьма не так жестка, как о ней привыкли думать, а Свет не так мягкосердечен и слаб, как считают все Темные. Казалось, что мой мир перевернулся, и я понятия не имела, что мне делать с полученной информацией.
Враг, который на самом деле не враг, а несчастная жертва своей бездушной семьи. Война между богами, которой на самом деле нет. И все мои цели, которые я себе поставила как только узнала о Черном Целителе, которых больше не хотелось достигать.
— Ты желаешь стереть Лоренов с лица земли, — я не задала вопрос, а выдала известный мне факт.
Теодор кивнул, а в его глазах загорелись жестокие искорки.
— Твой род сильно мне мешал, милая Мари, поэтому у меня не оставалось иного выбора, кроме как поймать одного из вас.
— Что значит «мешал»? — я повысила голос, напряженная тем, что он говорил в прошедшем времени.