Когда с приготовлениями было завершено, я велела брату лечь в центр круга. Он следовал всем моим приказам безоговорочно, полностью мне доверяя, и от этого что-то внутри меня отзывалось теплом в груди.
— Послушай меня, — я наклонилась к лежащему на льду брату, создавая вокруг него тепловое поле. У него не будет сил поддерживать его во время ритуала. — Вначале тебе будет безумно страшно. Ты не будешь понимать, иллюзия перед тобой или реальность. Тьма умеет взрывать мозг, братец, уж в этом ей нет равных. Но, к счастью, своими выходками я обеспечила тебе хорошую тренировку, да? — улыбнулась, чувствуя нарастающий ком в горле и сухость в глазах. —Не верь тому, что видишь и слышишь. Вспоминай меня, отца и Луи, когда будешь там. Не знаю, через что тебе предстоит пройти, но это определенно будет худшее время в твоей жизни.
— А ты умеешь подбадривать, — голос Теодора казался очень далеким из-за того, что мы с братом находились в начерченном мною круге.
— Я верю в тебя, — поцеловала его в лоб. — Ни в коем случае не забывай об этом.
Он лишь кивнул, но этого оказалось достаточно. Я вышла из круга, тем самым запустив ритуал, способный убить моего родного брата. Он не видел меня, поэтому мне показалось бессмысленным скрывать свои слабости. И я позволила паре алых капель скатиться по моим щекам, прежде чем вновь стать бессердечной леди Мари Дели.
Доминик мягко приобнял меня одной рукой:
— Он справится, — от уверенности в голосе наглеца мне действительно стало лучше.
— И что дальше? — тихо спросил Теодор, не отрывая взгляд от моего брата, лежащего в круге с мертвенно бледным лицом.
— Ждать, — тихо ответила ему, утыкаясь лбом в грудь Доминика.
Только он мог отвлечь меня от безумной тяжести, камнем лежащей на сердце.
***
Как бы я ни хотела остаться рядом с братом, мое присутствие нужно было в Академии, поэтому угостившись у Теодора еще одним бокалом виски, мы с Домиником порталом вернулись назад. За время нашего отсутствия на улице стемнело, но время отбоя еще не настало, так что мы беспрепятственно зашли в полупустой двор.
«Ты точно сведешь меня с ума!» ― позади раздалось тихое шипение, знаменующее пришествие Найта.
Фамильяр был в ярости, потому что его хозяйка исчезла, не предупредив, а учитывая недавнюю пропажу Анри я совсем не винила Найта в излишней эмоциональности.
«Прости, ― извинилась перед котом, погладив его по бархатной спине. ― Нужно было срочно кое с чем разобраться. Расскажу все позже.»
Он пробурчал что-то о непутевых хозяйках, ни во что не ставящих своих фамильяров, но это было скорее формальностью. Я чувствовала, что Найт искренне рад меня видеть.
«Что там ребята?» ― спросила его, направляясь в сторону общежитий.
Они наверняка заметили мою пропажу и тоже волновались, хоть я и предупредила Луи о том, что сама займусь поисками Черного Целителя.
«Переживают, ― выдал ожидаемый ответ Найт, устроившись на плечах у Доминика. ― Сидят сейчас у вас с пучеглазой в комнате. Решают, что делать дальше».
Пучеглазой мой фамильяр в последнее время называл Вив. То ли потому, что у нее от страха все время расширялись глаза, то ли он действительно считал лицо моей подруги непропорциональным. Как бы то ни было, я очень радовалась тому, что Найта никто не мог слышать кроме меня, иначе на парочку друзей в моей жизни точно стало бы меньше.
Уже на походе к комнате можно было услышать спорящие голоса Лео, Луи, Рафа и Вивиан. Последняя почему-то ругалась с неприсущей ей агрессивностью, из-за чего я даже на мгновение остановилась. Но затем, выпрямив спину, открыла дверь, столкнувших с четырьмя парами шокированных глаз.
― Мари?! ― вскричал брат, налетая на меня с объятиями.
― Вас слышит все общежитие, ― я закатила глаза и похлопала его по спине. ― Хоть бы о пологе тишины позаботились, беспечные.
После брата настала очередь Вив обниматься.
― Я так рада, что с тобой все в порядке, ― выдохнула она сквозь слезы.
― Да что со мной сделается, ― протянула насмешливо, хоть глаза у меня тоже были на мокром месте. Стало так приятно, что они волновались обо мне.
― Ты нашла Анри? ― подал голос Лео, удобно устроившийся на моей кровати.
Я коротко кивнула, до сих пор чувствуя опустошение после произошедшего. Опустошение и вину, что сподвигла родного брата на смертельно опасный ритуал.
Доминик погладил меня по спине и прошептал на ухо:
― Ты уже ничего не изменишь, принцесса. Смысл об этом переживать?
― Где он, Мари? ― взволнованно спросил Луи.
Я тихо вздохнула, совершенно не представляя как буду объясняться с друзьями. Все, чего мне хотелось — это вернуться в ту ледяную пещеру и лежать рядом с братом, пока он не очнется. Жаль, что не все желания можно было осуществить.