Вскоре к нам присоединился сводный брат Вивиан ― Роланд Фурунье ― высокий парень с мускулистым торсом и фиалковыми, как у сестры, глазами.
― Ну как ваш первый день? ― заинтересованно спросил он, усаживаясь на свободный стул.
Роланд был хорошим парнем, только слишком серьезным. А еще он слишком опекал Вив, внимательно отслеживая каждый ее шаг. Ко мне парень на удивление хорошо отнесся, никак не комментируя противоречивые слухи о моей персоне. Вообще я заметила, что оба представителя семейки Фурунье практически не имели повадок, присущих Темным магам. Они не проявляли ни ярко выраженного чувства собственности, ни подсознательной агрессии и даже улыбались открыто, наивно и как-то по-доброму.
― Скучно, ― ответила я парню, лениво ковыряясь вилкой в салате. ― И преподаватели относятся к тебе как к мешку с лошадиным навозом, когда ты, по сути, ничего им плохого не сделал.
— Это все из-за фамилии, ― ухмыльнулся Рафаэль, каким-то неизвестным образом оказавшийся с нами за одним столом. ― Тебя ждет либо фальшивая любовь, либо открытая ненависть.
― Ничего нового ты мне не сообщил, ― проворчала я.
― Не переживай, на отработках у Бутен не так уж плохо. Вот моя сестра в прошлом году попала на отработку к Аретону. Он ее полтора часа заставлял полы оттирать от трупного яда.
― Тебе назначили отработку в первый день учебы? ― Вивиан в удивлении округлила глаза.
― Мне кажется, если б она с Домиником Лореном не разговаривала, на нее бы даже внимания не обратили, ― проникновенно сообщил ей вампир, как будто бы меня рядом не было.
― Что он забыл на лекции первого курса? ― настала очередь Роланда удивляться. ― И как так получилось, что он вообще с тобой заговорил? Доминик никогда не идет на контакт первым. Да за ним все бегают, как домашние псы, готовые проглотить все, что им предложат!
― Я так поняла, что отрабатывает, ― нехотя ответила ему. ― Может, я заинтересовала его как инициированная магичка. Детей Тьмы и так по пальцам пересчитать можно, а из дочерей я вообще единственная.
― Слушай, Мари, ― отвлекла меня от разговора Вив. ― Кажется, к нам направляется твой брат.
― И по-моему, он зол, ― высказался Лео.
Луи и правда был не в духе. Между густыми бровями брата залегла морщинка, которая всегда сопровождала его в моменты безудержной ярости. Искорки Тьмы плясали в глазах, вызывая у окружающих лишь одно желание ― убегать как можно дальше. Этот трюк мог сработать со всеми, кроме меня. Я тоже была Дели.
Через пару секунд длинные пальцы брата обхватили мое плечо, и он вкрадчиво прошипел мне на ухо:
― Сестренка, тебя все просили сидеть тихо, и что ты сделала в первый же день учебы?
Непонимающе посмотрела на него. Честно говоря, такой Луи мне совсем не нравился. Частенько он и сам влипал в разные истории, никогда не задумываясь о последствиях, иногда подбивал на такое и меня. Мы были двумя самыми темными лошадками в нашей семье, но я, конечно, была темнее. Теперь же брат злился на меня, и я искренне не могла понять причину его злости.
― Дорогой братик, не имею ни малейшего понятия, о чем ты говоришь, ― мой голос звучал нарочито вежливо и громко ― все за столом слышали меня.
― Не имеешь, значит? ― его тон поднялся на октаву вверх, и сидящая рядом со мной Вивиан вздрогнула, почувствовав исходящие от брата волны гнева. ― Имя Доминик Лорен тебе ни о чем не говорит? На каждом углу только и слышатся разговоры о вашем общении!
― Доминик Лорен? Он что, в Академии учится? ― присущая Темным вредность проснулась во мне, желая раззадорить Луи.
Я краешками губ улыбнулась брату, который выглядел так, будто хотел меня хорошенько стукнуть. Его гнев все никак не спешил проходить, и в моей голове мгновенно возник вопрос: а что, собственно, не так с Домиником Лореном? И с каких это пор Луи так интересует моя личная жизнь? Неужели у Роланда плохих привычек набрался?
― Не приближайся к нему и не говори с ним, Мари. Чтоб больше я не слышал его имени рядом с твоим.
― Дорогой брат, после этих слов ты постоянно будешь слышать его имя рядом с моим, ― я довольно улыбнулась, чувствуя наслаждение от его агрессивного взгляда. ― Оставь этот тон для дам, с которыми делишь постель. А когда будешь готов спокойно со мной поговорить и объяснить, чем же тебе так насолил Доминик Лорен, я с удовольствием тебя выслушаю.
После моих слов он уверенной походкой направился прочь из столовой, так и не отобедав. Рядом со мной раздалось два облегченных вздоха, принадлежавших представителям семейства Фурунье. Неужели так испугались братца?
Мы с Луи всегда все друг другу рассказывали, поэтому его злость меня задела. Неужели нельзя было просто сказать, в чем проблема? Не хотелось воевать со своей единственной поддержкой в мире, где балом правят фальшь и этикет.