— Да как такое забудешь, если вот уже второй раз мне пытаются организовать с ним встречу, — буркнула я. — И знаешь, Доминик, они не прекратят свои попытки, пока те не увенчаются успехом.
— Значит, я сделаю все, чтобы не увенчались, — отрезал наглец. — И ты мне в этом поможешь.
Дальше продолжать эту неприятную для обоих тему мы не стали, поэтому я, освежившись в небольшой, но очень уютной ванной в светлых тонах, начала расспрашивать Доминика о произошедшем.
Так и выяснилось, что мое бездыханное тело этот несносный дракон унес в свой дом в Келесе, о существовании которого я даже не подозревала. Оставшихся в живых насильников Арно благополучно прибрал к рукам и теперь творил с ними Тьма знает что в одном из своих столичных подвалов. Что ж, они заслужили. На месте теневого короля я бы их не жалела. Впрочем, он и без меня знает все о качественных пытках.
Мой старший брат, как я и рассчитывала, до сих пор не был в курсе моего маленького приключения. Проспала я недолго — часов пять от силы, — но регенерация сделала свое дело и от усталости и недавнего ранения не осталось и следа.
Целителей Доминик не вызывал, рассчитывая на помощь Тьмы.
— Рана была серьезной, Мари, — тихо рассказывал мне он, когда эмоции немного утихли. Я устроилась на плече наглеца, положив ладонь на его грудь и время от времени улыбаясь теплому комочку, разрастающемуся в груди. — Я дал тебе и твоей Тьме час на самоисцеление. Если бы ничего не получилось, перенесся бы в Академию и доставил прямиком в лазарет.
— Ты подпитал меня, так ведь? — предположила я, любуясь точеным подбородком, на котором за ночь отросла щетина.
Не удивительно, что сейчас я чувствую себя так хорошо. Наверняка Доминик влил в меня бешеную прорву своей магии.
— Не без этого, — он еле заметно усмехнулся и поцеловал меня в висок.
Я на мгновение зажмурилась. Приятно.
Приподнялась на локте, заглядывая в черные омуты. Таинственные, манящие, глубокие. Не знаю, кто из нас был инициатором поцелуя — возможно, мы одновременно подались друг другу навстречу и утонули в Тьме и чувствах, окутывающих нас с ног до головы. Какая-то животная страсть, грубость, нежность, злость, беспокойство — это был леденящий коктейль эмоций, которым мы с Домиником делились друг с другом, растягивая и смакуя удовольствие единения.
Черные клубы Тьмы, парящие в комнате и погружающие ее во мрак. Доминик, не сдерживающий проявляющихся черных чешуек на скулах. Я, кажется, в первый раз осознавшая, как сильно мне стал дорог наглец за такое короткое время нашего знакомства. И голос проснувшегося Найта, который явно был недоволен происходящим:
«Что за непотребства вы тут устроили? — да, фамильяр точно был в гневе. — Я тут, значит, спать нормально не могу, переживаю о своей горячо любимой хозяйке, а она и не вспоминает обо мне! Сразу полезла с этим страшилой обжиматься! А чем я плох?»
Усмехнувшись, отстранилась от Доминика и повернулась к недовольно мяукнувшему фамильяру:
«Ты самый лучший, Найт, — от этих слов его мордашка сменилась с разъяренной на удивленную. Зрачки вмиг расширились, а челюсть отпала, превращая моего ворчливого друга в потрясающе миленького котика. — Спасибо тебе.»
Кажется, у него в первый раз в жизни закончились слова.
— Нам пора, — прошептала Доминику, больше всего на свете не желая расставаться с мягкой постелью и выпутываться из жарких объятий.
— Пора, — вздохнул он, высвобождая меня из плена своих рук. Я тоже тяжело вздохнула.
***
— Адептка Дели, за вами числится двадцать три прогула и сто тридцать восемь часов, проведенных вне Академии. Напомнить, сколько прошло времени с начала учебного года?
Голос ректора де Бержерака звучал спокойно, но красные сверкающие глаза выдавали все его негодование. Признаю, облажалась. И ведь как вовремя! Стоило мне сегодня переступить порог собственной комнаты в общежитии, как усиленный магией голос объявил о том, что адептка Дели незамедлительно должна явиться на ковер к ректору. Вот я и явилась.
— Не стоит, ректор де Бержерак, — покаянно опустила голову во избежание очередных нотаций. Будто мне их от отца и брата не хватает!
— Что ж, хорошо, — по сощурившимся красным глазам я поняла, что нет, ничего хорошего, но благоразумно промолчала. — Я пришел к решению сообщить герцогу Дели о вашем регулярном отсутствии на занятиях и ночных прогулках. К сожалению, вы не оставляете мне иного выбора, адептка.
Нет, ну все-таки какие же неприятные типы эти архивампиры! Почему нельзя было просто поговорить с отцом, не вызывая при этом меня? В конце концов, через пол часа начнутся лекции, которые прямо-таки нуждаются в пропуске!