Габриель поблагодарил ее, быстро надев то, что было принесено. Алый плащ красиво лег складками и он был удовлетворен своим видом. Магдалена полюбила его больным, теперь же он должен предстать перед ней в лучшем виде.
Галереи замка были наполнены солнечными лучами. Габриель пошел за служанкой, озираясь по сторонам. Следом семенила черная Минерва, которая, видимо, не желала оставлять его. Слуги, встречавшиеся на пути, кланялись ему, слышались голоса и даже смех, кто-то пел, делая свою работу. Замок казался достаточно обычным, и весь флер ужаса, окружавший его, показался Габриелю бредом больного. Хорошо же его ударило по голове камнем, что Магдалена казалась вышедшей из тумана в стае волков. Видимо волчий вой, туман и боль сыграли с его воображением злую шутку. Магдалена просто нашла его на перевале после обвала, и спасла, а остальное ему чудилось из-за удара, прееохлаждения, боли и страха.
Граф де Мон-Меркури ждал его в большой комнате с камином.
Если прошлой ночью он казался Габриелю кем-то ужасным, то после пробуждения в утренних лучах, в обычной богатой обстановке замка, граф выглядел тоже как обычный человек, а не колдун с картинки. Да, у него были длинные темные волосы, зачесанные назад, орлиный нос, близко посаженные глаза, квадратный подбородок и тонкие губы, но ничего пугающего не было в его квадратной фигуре.
— Добро пожаловать в замок Мон-Меркури, — граф поднялся с кресла и поклонился Габриелю, — виконт де Сен-Кор, прошу быть нашем гостем в ближайшие дни.
Габриель принял приглашение, вежливо поблагодарив. Избавившись от наваждения, он мог вести с графом светскую беседу, выпить с ним вина, и даже чему-то смеяться, перессказывая сплетни из Дижона.
— О нас ходят разные слухи, один страшнее другого, — под конец сказал граф, — но смею вас заверить, все это ложь. Мы с дочерью ведем замкнутый образ жизни, и редко выезжаем из замка. Да вот и она… — он обернулся и перед ними предстала прекрасная Магдалена, вошедшая в двери и остановившаяся напротив Габриеля.
На ней было серебристое платье, расшитое зелеными листиками по вырезу. Светлые золотистые волосы были убраны под тонкую прозрачную вуаль, ниспадавшую до самого пола белым туманом, будто она двигалась в облаке. Черные глаза смотрели прямо на Габриеля.
— Позвольте представить вам мою дочь, Магдалену де Мон-Меркури, — сказал граф, подходя к ней и оглядывая ее взглядом собственника.
Она улыбнулась. Лицо ее осветилось этой улыбкой, будто его коснулся солнечный луч.
— Здравствуйте.
Все, что было между ними ночью в единый миг пронеслось перед его глазами. Магдалена смотрела на него, как на чужого. А было ли это? — закралась в голову страшная мысль. Могла ли девушка, стоявшая перед ним, вытворять все те вещи, что они вытворяли в его постели? Может быть, ему все это снилось? Это было видение, суккуб, принявший образ юной Магдалены?
— Я поражен вашей красотой, госпожа, — он склонил голову, не желая показывать свои эмоции ни ей, ни ее отцу, — счастлив быть представленным вам.
Глава 8
След
Что было более реально, ночи, когда прекрасная Магдалена приходила в его новую спальню на втором этаже с большими окнами и камином, выложенным мрамором, или дни, где она казалось, с трудом вспоминала его имя? Ее сдержанность и отстраненность были для Габриеля загадкой. Даже в те редкие минуты, когда они оставались наедине, Магдалена вела себя так, будто их ничто не связывало. Тихая и скромная, она всегда опускала глаза, когда он обращался к ней, склоняла голову, и отвечала тихо и робко. Кто из этих двух девушек реален? Габриель вскоре стал подозревать, что у Магдалены есть сестра-близнец, потому что не могло быть такого, чтобы одна и та же женщина вела себя настолько различно! Ему хотелось задать ей этот вопрос, но он боялся выставить себя на посмешище перед ночной Магдаленой, а спросить нечто подобное у дневной Магдалены не представлялось возможным.
Впрочем, ночью они не разговаривали. Магдалена приходила и сразу ложилась к нему, будто в его постели и было ее место. Габриель обнимал ее горячее тело, и все мысли тут же выветривались из его головы.
Кто она? Ангел, что является ему днем, или демон, что он видит в своей комнате ночью? Где она настоящая? Он путался в мыслях, боясь сойти с ума.
Граф де Мон-Меркури оказался радушным хозяином. Он пригласил Габриеля остаться на празднование дня Всех Святых, и Габриель согласился, не желая покидать замок. Казалось, замок затянул его в свои сети и не отпускал, и дело было даже не в прекрасной Магдалене. Вернее, не только в ней.
В замке была некая тайна, она была буквально разлита в воздухе. Габриель не верил, что все в округе могли ошибаться. Ему хотелось посмотреть, что произойдет во время праздника. Что случится ночью перед днем Всех Святых? Возможно граф и гостеприимен, и ведет с ним интересные беседы, но слухи не так просто ходят про него. Габриель решил досмотреть все до конца. Если праздник окажется просто пиром, он сделает предложение мадемуазель де Мон-Меркури, и уедет, прихватив ее с собой. Если же граф окажется и правда колдуном, как о нем и говорили, то Габриель будет знать это наверняка и сможет обратиться в церковные суды. Тогда граф будет наказан, а Магдалене он сделает предложение и станет ее спасителем, подтвердив, что она невиновна.
План был великолепен, и в любом варианте Габриель оказывался победителем: Магдалена доставалась ему. Он признавался себе, что владеть ею безраздельно, а не только ночами, и есть его истинная цель.
…
Обычно Габриель сразу засыпал после ночных утех. Магдалена уходила, растворяясь в ночи. Она мелькала тенью у двери, потом неизменно слышался волчий вой, будто торжествуя победу, и сон поглощал его, будто он падал в черную бездну. Но не в эту ночь.
В эту ночь он хотел узнать, где же настоящая Магдалена, без которой он не мог жить? Одна она или их две? Или она одна, а ночная его любовница — насланный ее отцом суккуб? Почему тихая и скромная дева ночью является к нему, как настоящая путана?
Если пойти следом, то можно узнать, где спит его возлюбленная. Возможно, там же он найдет и другую девушку, ту, что скрывает лицо под покрывалом из тончайших тканей и опускает глаза, когда он обращается к ней?
Когда дверь за Магдаленой закрылась, Габриель вскочил на ноги, быстро оделся, накинул темный плащ и бросился следом.
Шаги Магдалены раздавались на лестнице. Она шла вниз, хотя он знал, что комната ее на том же этаже, что и его. Вот тень ее мелькнула в свете луны, что лился из окна в большом холле. Габриель последовал за ней, тихо спускаясь по ступеням. Магдалена ничего не боялась, шаги ее были уверенны и звучали четко в полной тишине.