– А почему тебя ненавидит Сафин? – говорю совсем другое, не то, что хочет слышать отец. Пусть скажет, признается, но этого, как и ожидалось, не происходит.
– Арина! Ты поняла меня!? – игнорирует он мой вопрос. – Как ты будешь вести себя при Захаровых?!
Смотрю на него. Выдерживаю этот взгляд. Раньше его взгляд давил, а сейчас мне уже все равно, мне осталось совсем немного…
– Как примерная дочь, у которой отобрали право выбора, – спокойно отвечаю я.
Кулак опять летит на стол.
– У тебя никогда не будет его, пока ты моя дочь! И живешь в моем доме! Как я сказал, так и будет! И попробуй только вздумать сбежать! Найдем, и мало не покажется! – все это отец словно выплевывает мне в лицо. Предупреждает и угрожает.
Я знаю, что они меня найдут, мне просто не дадут выехать из города, но даже это меня не спасет. Только один человек мог бы меня спасти, помочь. Но ему это неинтересно, хотя теперь я понимаю его и его нежелание помогать.
– Спасибо, я наелась, – говорю, вставая со стула, так что тот с грохотом падает.
Больше не говорю ни слова, иду прочь. Поднимаюсь в свою комнату, меня уже начинают душить слезы. Но стараюсь сдержаться, я поплачу, только не при них. Собираю сумку в университет. Сегодня у меня три пары, поэтому выйду пораньше. Учеба была моей единственной отдушиной, местом, где я хоть немного чувствую себя свободной.
Спускаюсь обратно, отца на кухне уже нет. Может, ушел, а может, направился в свой кабинет. Так даже лучше.
Одеваюсь, однако вижу, как из-за угла выходит мама и приближается ко мне. Нет, не хочу сейчас выслушивать ее нравоучения о том, чтобы я не обижалась на отца, ведь он делает как лучше для меня.
Пытаюсь уже уйти, до того как она будет рядом, но не успеваю. Мама берет меня за руку.
– Арина, ты придешь?
– Как я могу не прийти? У нас же будут дорогие гости, – язвлю, мама не дает уйти.
– Не обижайся на отца, просто у него проблемы на работе, – она опять глядит на меня с жалостью.
– Не обижаюсь, уже давно все поняла.
Больше мама ничего не говорит, понимая, что уже ничего не изменишь.
Выхожу, меня ждет водитель, но я не хочу ехать с ним. Я вообще стараюсь больше ходить пешком до университета. Поэтому в этот раз тоже не изменяю своим привычкам. Только киваю водителю и иду совсем в другую сторону.
В университете и правда немного отвлекаюсь от предстоящих событий. Пары интересные, а еще мне написала Ирина и сказала, что ожидает меня в приюте, к ним поступили новые животные, и надо их осмотреть.
Я учусь на ветеринара, мечтала пойти на него с самого детства, поэтому еще с младших классов готовилась к поступлению, изучая специальную литературу. В университет поступила с лёгкостью на бюджет и по мере учебы не пожалела, а убедилась не раз, что хочу стать именно ветеринаром. Утром планирую работать в клинике, а вечером в приютах, я уже подрабатываю там бесплатно. И это доставляет мне большое удовольствие, так что никогда не отказываюсь, если они просят о помощи.
Но мне все же приходится отказать Ирине, переношу все на завтра. Сегодня мне нужно встретиться с моим будущим женихом. Прихожу домой, мама вовсю суетится в доме, указывая, что и где сделать и как прибрать. Не обращаю внимания на нее и иду сразу в свою комнату, не выходя оттуда до самого вечера. Позже заходит мама и спрашивает, готова ли я.
Я никогда не буду готова, но их это не интересует. Поэтому я, как бездушная кукла, надеваю черное облегающее платье, сшитое специально для меня. Волосы решаю собрать, немного подкрашиваюсь и надеваю большие, увесистые серьги с бриллиантами. Насчет сережек просил отец, чтобы показать наш статус перед гостями.
Они приходят с сыном точь-в-точь ко времени, очень похожие друг на друга. Я не знаю, что произошло с их матерью, но знаю, что она умерла очень давно, и сына воспитал отец.
– Добрый вечер, Тимофей Ярославович. Рад, что вы нас еще раз посетили, – отец расплывается в улыбке.
Мужчины пожимают друг другу руки. А я ловлю взгляд Глеба, и уже сейчас по моему телу проходит неприятный холодок. Он улыбается, обнажая свои белые ровные зубы, вроде бы мило, но мне кажется, это больше маска. Вообще с виду может показаться, что он красивый парень, с добродушной улыбкой. Не парень, а мечта.